У каждого уважающего себя оперного театра в репертуаре есть несколько постановок, созданных специально для него, для конкретной сцены и силами собственных талантов. Постепенно начинает обрастать такими и Израильская опера. И если в отношении исключительно "израильских" проектов, таких как "Теодор" и "Диббук" это абсолютно естественно, то "Саломея" Рихарда Штрауса в постановке Итая Тирана - совершенно иная история.
Во-первых, германская оперная школа в Израиле представлена достаточно выборочно, по известным причинам. Если зрителю хочется подлинно вагнеровских страстей, драматически звучащего оркестра и сложнейших гармоний, "Саломея" - лучший выбор.
Творение Штрауса, написанное по одноименной трагедии Оскара Уайльда, давно считается жемчужиной оперной сцены, хотя так было не всегда. После премьеры опера вызвала бурю негодования. В Лондоне она даже была запрещена до 1907 года, а в Нью-Йорке ее сняли с репертуара после первого же показа - из-за протестов публики.
Сочетание библейской темы, эротики и кровавой драмы оказалось для утонченной оперной публики слишком брутальным. Сегодня бушевавшие вокруг "Саломеи" страсти могут вызвать разве что улыбку: эта опера давно считается вершиной немецкого музыкального модернизма.
"Саломея" Итая Тирана, впервые поставленная 7 лет назад, возвращается на тель-авивскую сцену в рекордный срок, и это не просто так. Интерпретация режиссера была неожиданной, смелой и невероятно эффектной. Вместо древней Иудеи Тиран разместил персонажей трагедии в космосе. В центре сцены - огромный шар, символизирующий то ли Землю, то ли Луну. Кажется, что светило живет своей жизнью и постоянно меняется (блестящий видео-арт Йоава Коэна). Над сценой - иллюминатор открывает картину бескрайнего неба: темнота и звезды. Время и пространство в мире, созданном сценографом Эраном Ацмоном, подобно кругу, который герои постоянно пытаются разорвать и вырваться на волю - но безуспешно: с космического корабля (или от судьбы) не убежать.
Все, кто читал одноименную пьесу Оскара Уайльда (или смотрел отличную постановку в "Гешере"), сразу узнают знакомые поэтические строки. Штраус написал либретто сам, сократив оригинал, но сохранив изящную словопись великого ирландца. "Саломея" - история иудейской царевны, страдающей в мрачном дворце отчима - тетрарха Ирода Антипы, и безответно влюбляющейся в Иоканаана (он же - Иоанн Креститель). После того, как тот с негодованием отвергает сбивчивые признания истеричной принцессы, обезумевшая от страсти Саломея соглашается станцевать для тетрарха, взамен на страшную плату - голову Иоканаана.
Кульминационный момент оперы наступает ближе к концу, когда Саломея исполняет свой знаменитый танец семи покрывал. Задача, стоявшая перед хореографом Ренаной Раз, - поставить впечатляющий танец для оперной дивы, была не из легких. Найденное решение получилось элегантным и включало креативное использование тех самых воздушных покрывал, плюс - прекрасный свет от лучшего мастера в Израиле - Ави Йоны Буэно (Бамби).
Несмотря на то, что Израилю в последние годы очень сложно с гастролерами, в мире классической музыки ситуация все же чуть получше. Так, солистами в двух составах "Саломеи" стали в основном приглашенные исполнители. Американка Мари Уэбб исполнила главную роль, прекрасно распевшись ближе к концу постановки (сложнейшую сцену, где Саломея в луже крови обнимает голову Иоканаана, Уэбб исполнила практически безупречно).
Румынский баритон Йонуц Паску эффектно смотрелся в белом балахоне и с длинными дредами в роли Иоанна-Крестителя (когда тот еще был с головой). А прекрасный американский тенор Аарон Блэйк (выпускник престижной Джульярдской школы, известный в мире прежде всего как интерпретатор партий в операх Моцарта) отлично справился с небольшой ролью влюбленного в Саломею Нарработа.
Драматический тенор Вольфганг Шонейнгер спел партию Ирода на родном немецком языке. А Наташа Петрински (Иродиада), хоть и родилась в Вене, но училась оперному искусству в Тель-Авивском университете и начала свою успешную международную карьеру именно на сцене Новой израильской оперы. Оркестр под руководством музыкального руководителя оперы Дана Этингера звучал мощно и нервно, в полной мере соответствуя "безумной" партитуре Штрауса.
Повторная встреча с "Саломеей" вновь напомнила прежде всего о мастерстве Итая Тирана как постановщика. Фантазия этого человека просто не знает границ, а в сочетании с хорошим вкусом и глубоким подходом - позволяет ему создавать запоминающиеся произведения. Это очень вовремя поняли в театре "Гешер", где Тиран ставит сейчас уже свой третий спектакль. Самое время для нашей оперы перенять опыт и найти для этого режиссера новый проект, который сможет его увлечь. В выигрыше, похоже, останутся все.