В течение нескольких часов на заседании военно-политического кабинета 25 января звучали жесткие слова. Министры Итамар Бен-Гвир, Бецалель Смотрич, Мири Регев и Орит Струк, как и ожидалось, выразили возражения против открытия КПП в Рафиахе. Они говорили о "большой ошибке", о "плохом сигнале" и о нарушении обещания - фактической передаче сектора Газы Палестинской администрации. Но несмотря на заявления, звучавшие в последние месяцы, по завершении заседания канцелярия премьер-министра опубликовала официальное сообщение: "По завершении операции и в соответствии с договоренностями с Соединенными Штатами Израиль откроет КПП в Рафиахе".
В ходе войны - и, как это стало ясно еще задолго до этого из выводов комиссии по делу подводных лодок - кабинет окончательно превратился в структуру, которой лишь остается прикладывать печать к решениям Нетаниягу, принятым им лично и без согласования с кем-либо. А Нетаниягу теперь выравнивает курс в соответствии с диктатом из Вашингтона, навязанным ему Трампом.
"По завершении операции и в соответствии с договоренностями с США Израиль откроет КПП в Рафиахе", говорится в заявлении. За этими словами стоит полное принятие плана Джареда Кушнера и Стива Виткоффа, который Нетаниягу утвердил, обойдя министров. Нетаниягу пытался тянуть время, возражая против открытия КПП в Рафиахе, и американцы шли ему навстречу - но лишь до определенного момента.
Всего две недели назад Виткофф заявил, что ожидает немедленного открытия КПП в Рафиахе. Когда ему сказали, что это, возможно, последний рычаг для возвращения тела последнего погибшего заложника Рана Гвили, Уиткофф ответил, что все это "вопрос доверия" и что ХАМАС, якобы, искренне пытается его найти.
Министров даже не попросили голосовать на заседании кабинета, после того как им сообщили, что Израиль уже принял "план 20 пунктов" Трампа. "В рамках плана Израиль согласился на ограниченное открытие КПП в Рафиахе исключительно для прохода людей, с полным израильским механизмом контроля, - сообщила канцелярия Нетаниягу. - Открытие КПП было обусловлено возвращением всех живых заложников и стопроцентными усилиями со стороны ХАМАСа по поиску и возвращению всех погибших заложников".
Также было заявлено: "ЦАХАЛ проводит целенаправленную операцию по максимальному использованию всей разведывательной информации, полученной в рамках усилий по поиску и возвращению тела Рана Гвили. По завершению операции и в соответствии с договоренностями с США Израиль откроет КПП в Рафиахе. Государство Израиль обязано вернуть героя Израиля, старшего сержанта Рана Гвили, и не пожалеет никаких усилий, чтобы предать его земле Израиля". Итог ясен: КПП в Рафиахе будет открыт в ближайшие дни - с Гвили или без него.
Глава оппозиции Яир Лапид раскритиковал поведение министров на заседании кабинета на фоне спора об открытии перехода в Рафиахе. "Бен-Гвир и Смотрич могут перестать сливать свои воинственные цитаты с заседаний кабинета - мы уже поняли, что они ничего не сделают и не уйдут в отставку, даже если назначат Абу-Мазена главой Земельного управления Израиля, а Хусейна аш-Шейха - координатором действий правительства на территориях", - сказал он.
► Двойная игра
Пока министры на заседании выступали против присутствия представителей Палестинской администрации на КПП в Рафиахе и требовали использовать его как рычаг для возвращения тела последнего погибшего заложника, Нетаниягу, по всей видимости, уже принял решение идти по пути, навязанному ему эмиссарами Трампа, с которыми он встретился вечером 24 января. Он выстроил драму: его окружение инструктировало журналистов, что без возвращения Гвили КПП в Рафиахе не откроется. Возможно, они надеялись на чудо - что тело будет найдено.
Буквально перед заседанием кабинета ЦАХАЛ раскрыл существование секретной операции по его поиску на кладбище на севере сектора Газы, а в политическом руководстве молились, что его обнаружение нейтрализует сопротивление министров открытию КПП. Когда этого не произошло, заговорили о "100% усилий".
Для "правительства технократов" открытие КПП является необходимым условием его успеха и демонстрации достижений еще до того, как оно получит управление сектором. Американцы заинтересованы в его успехе, и Нетаниягу, по крайней мере на первый взгляд, не намерен конфликтовать с Трампом, даже если ценой станет отказ от принципов, которые он обещал не нарушать.
Министр Итамар Бен-Гвир заявил на заседании кабинета, что открытие КПП в Рафиахе станет большой ошибкой и очень плохим сигналом. "Мы сделали большие вещи, уничтожили десятки тысяч террористов, но мы все еще не уничтожили ХАМАС полностью. Мы обязаны разоружить и ликвидировать его - хватит наивности Виткоффа и Кушнера", сказал он. Министр Смотрич добавил: "Если мы не будем контролировать это место военным правлением - это означает, что мы получим палестинское государство".
Министр Струк раскритиковала на заседании тот факт, что "мы передаем Газу Палестинской администрации кровью наших детей. В конце концов именно этот кабинет примет решение снова послать наших солдат воевать с ХАМАСом, потому что никто другой этого не сделает - и что мы им тогда скажем?". Министр Регев согласилась с ней и заявила, что "нужно гарантировать, что власть в Газе будет не у ХАМАСа и не у Палестинской администрации".
Нетаниягу, как обычно, позволил министрам "выпустить пар", в то время как сам вел дипломатический процесс вне рамок военно-политического форума. Формально голосования на заседании не было, но недовольство присутствовало в полной мере. Один из министров кабинета рассказал: "Возражений не было. Никто не в восторге. Все понимают, что это меньшее из зол".
► Оставшееся препятствие
Реальная проблема сейчас не только политическая, но и военная. Второй этап говорит о разоружении и ликвидации ХАМАСа, но несмотря на прошедшие недели с момента объявления плана - до сих пор нет ни одной силы, которая готова выполнить эту задачу, а международная стабилизационная миссия, к которой государства не хотят присоединяться, так и не создана. При отсутствии другого фактора, который возьмется за "проблему", ответственность снова ляжет на солдат ЦАХАЛа, в то время как политическое руководство позволяет открыть ворота, что даст ХАМАСу возможность восстановиться - по крайней мере, так нас учит прошлый опыт.