Почти два года создатели фильма “О собаках и людях” (на иврите - על כלבים ואנשים) выжидали подходящий момент, чтобы выпустить в прокат свою работу - первую игровую картину, снятую в приграничных с Газой районах после атаки ХАМАСа 7 октября 2023 года.
Режиссеру Дани Розенбергу удалось добиться того, что не смогли сделать другие: получить разрешение от ЦАХАЛа войти в закрытую военную зону и снять там художественный фильм. Особо отметим, что съемки начались ровно через месяц после атаки - 10 ноября.
Срочность при подготовке проекта и ограниченное количество съемочных дней вынудили справляться с целым рядом этических, политических и художественных проблем. Поскольку никаких шансов ввезти в Отеф-Аза большую съемочную группу не было, режиссер придумал оригинальное решение: фильм, который определен как художественный, на три четверти является документальным.
Выдумана лишь главная сюжетная линия - девочка из кибуца Нир-Оз, которая ищет свою собаку Шулу, пропавшую во время нападения ХАМАСа. Главную роль 16-летней Дар играет молодая актриса Ори Авиноам. Все немногие люди, которых она встречает в опустевшем кибуце, где все еще чувствуется запах крови и гари - его настоящие жители, по тем или иным причинам находящиеся в закрытой военной зоне.
Поиски пропавшей собаки - лишь связующее звено между персонажами фильма, размышляющих об одном: как продолжать жить - в своем кибуце, в пограничном районе и вообще в Израиле.
Виды сожженного кибуца ужасают и поражают. Поскольку речь идет о почти на три четверти документальном кино, эпизод, когда Дар застает сигнал тревоги “Цева адом” - абсолютно настоящий. Актрисе и съемочной группе действительно пришлось спрятаться в укрытии перед очередным запуском из Газы, и так происходило не один раз.
Диалоги в фильме почти полностью импровизированы. Режиссер пытался обойтись без четкого сценария, позволяя выжившим героям формулировать свои мысли. Задачей юной актрисы было реагировать на их слова и задавать наводящие вопросы. Именно поэтому имя Ори Авиноам указано в качестве одной из авторов сценария.
Среди людей, с которыми встречается главная героиня, - Натан, пожилой мужчина, решивший вернуться в свой дом. Несмотря на пережитое, он по-прежнему верит в мирное сосуществование и беспокоится о приятеле, живущем в Рафиахе.
В отличие от него Ямит заглянула в кибуц лишь на пару часов - чтобы собрать в детском саду игрушки для эвакуированных малышей. А в конце фильма Дар знакомится с Норой Лифшиц - девушкой, которая после трагедии 7 октября посвятила свою жизнь спасению пропавших домашних животных. Именно она произносит одну из ключевых фраз фильма - “Когда ты видишь, на что способны люди, начинаешь еще больше ценить собак и кошек”.
За лирику отвечает сюжетная линия с дневником матери Дар, который читает за кадром профессиональная актриса (мать девочки, согласно сценарию, была увезена в Газу и о ее судьбе ничего не известно). Поэтические тексты дневника, в которой мама девочки рассказывает о мирной жизни в кибуце, резко контрастируют с документальными кадрами сожженных руин Нир-Оза.
Еще один вымышленный элемент - сон главной героини, показанный в виде анимационной вставки (по эстетике напоминающей “Вальса с Баширом”, это не случайно: над фрагментом работали те же мультипликаторы). В этом фрагменте собака Шула преследует пикап с террористами и попадает в Газу, где ее берет к себе палестинский мальчик).
“О собаках и людях” - третий фильм Дани Розенберга. По стилю он напоминает дебютную ленту “Смерть кино и моего отца”, где так же круто замешаны документальное повествование и вымышленные, почти фантасмагорические эпизоды.
Насколько оправданным было снимать художественный фильм через месяц после трагедии - вопрос непростой. Чувствуется, что лента снималась второпях, без отшлифованного сценария и в невозможных условиях. О границах дозволенного и моральной стороне вопроса режиссер, кажется, спорит сам с собой в некоторых сценах фильма. С другой стороны - Розенбергу удалось документально зафиксировать фрагмент истории, который навсегда вошел в летопись Израиля. Именно этим ценен этот неторопливый и меланхоличный фильм, хеппи-энда в котором быть просто не может.