Меню
Комментарий
Дорит Голендер
Феномен еврейского вклада в российскую культуру: как он возник в СССР и как выглядит сегодня
Бывший посол Израиля в России размышляет о советских евреях и новом витке взаимного интереса россиян и израильтян к культуре двух стран

Дорит Голендер
Дорит Голендер
 

Недавняя кончина великого артиста Владимира Абрамовича Этуша и кончина легендарной Элины Абрамовны Быстрицкой, женщины удивительной красоты и редкого таланта, с которыми мне выпала честь познакомиться в мою бытность послом Израиля в Москве, заставила меня еще раз задуматься над феноменом еврейского вклада в советскую, а теперь и российскую культуру – в особенности на сцене, в кино и на эстраде.

 

Мы привыкли принимать это как данность, но ведь совсем не очевидно, что в СССР, с его государственным антисемитизмом, процентными нормами и юдофобской подозрительностью, к концу его существования огромную роль в кино и на эстраде играли именно артисты-евреи.

 

То, что не должно удивлять нас в демократических странах, где даже в более антисемитские времена евреи пользовались одинаковыми правами с неевреями, требует объяснения, когда речь идет о советской "империи зла".

 

На мой взгляд, сломав ограничения черты оседлости и одновременно заняв резко враждебную позицию в отношении любых проявлений еврейской национальной культуры и духовности, советский режим невольно направил мощную силу еврейского интеллекта и таланта в то русло, которое было ему открыто,  тем более что чем дальше, тем меньше оставалось таких возможностей с постепенным изгнанием евреев из таких сфер, как политика, армия, дипломатия и т. д.

 

Связь с русской культурой и возможность внести в нее свой вклад стала для многих советских евреев отдушиной в изолированном от остального еврейского мира, душном режимном существовании. Часть из тех, кто выбрал этот путь, пошли по нему до логического конца – начав со смены своих еврейских фамилий на славянские псевдонимы, они даже крестились, чтобы убедить свое окружение (а может быть, и себя) в том, что они тоже – русские советские люди.

 

Тем не менее даже в то время на советской эстраде и сцене выступали те, кто никогда не скрывал своего еврейства, и яркий пример тому (при всей его неоднозначности) Иосиф Кобзон – замечательный еврейский сын, всегда гордившийся своей еврейской мамой.

 

Иосиф Кобзон. Фото: Iren Moroz shutterstock
Иосиф Кобзон. Фото: Iren Moroz shutterstock

То же самое можно сказать и о Владимире Винокуре, мать которого, ныне покойная, всегда сидела в первом ряду, и он кланялся ей в начале каждого выступления.

 

К этой категории можно отнести и Элину Быстрицкую, сестра которой живет в Израиле, где, по ее же словам, она недостаточно бывала из-за своей занятости, а потом по состоянию здоровья, и Марка Розовского, художественного руководителя знаменитого театра "У Никитских ворот", и артиста Эммануила Виторгана, и Тамару Гвердцители, и Клару Новикову, и Андрея Макаревича, а также многих, многих других.

 

Эммануил Виторган выступает в кнессете Израиля. Фото: Борислав Протченко
Эммануил Виторган выступает в кнессете Израиля. Фото: Борислав Протченко

Однако с падением советского строя стало ясно, что возвращение к еврейским корням – вещь совершенно неизбежная, и когда барьер страха был разрушен раз и навсегда, среди еврейской творческой интеллигенции, как и среди всех россиян еврейского происхождения, произошла вспышка интереса как к собственному наследию, так и к еврейскому государству.

 

В мою бытность директором радио РЭКА в период, когда израильское государственное радио было главным очагом культуры на русском языке, мне приходилось встречать в Израиле многих культурных деятелей России. Многие из них приезжали сюда, уже твердо зная о своих еврейских корнях, усвоив свою еврейскую самоидентификацию в семье – от родителей, разговаривавших на идише, и бабушек, носивших парики. Я никогда не забуду, как в беседах вдруг всплывало – "моя бабушка была религиозная женщина и прекрасно знала иврит".

 

Когда же в 2010 году я прибыла в Москву в качестве посла и на первом интервью на "Эхе Москвы" меня спросили: "Что вас больше всего поразило по возвращении в Россию?" - я, не задумываясь, ответила: еврейская жизнь. Даже после 15 лет массовой алии вокруг нас в Москве оказалось очень много евреев, которые вернули себе право ходить в синагогу, отмечать праздники, искать свои корни и гордиться ими. От людей творчества, абсолютно, казалось бы, далеких от еврейского народа и по внешности, и по интересам, я слышала – "моя бабушка была еврейкой", "мой отец был евреем".

 

Поэтому, услышав недавно, что, по официальным оценкам, в России проживают всего 369.000 евреев, я немало развеселилась – на мой взгляд неспециалиста, обладающего все же некоторым эмпирическим опытом, в России сегодня есть не меньше миллиона людей, в той или иной степени причастных к еврейскому народу.

 

Я общалась со многими из них, когда они принимали участие в мероприятиях нашего посольства. Среди них были именитые актеры и режиссеры театра и кино, представители мира классической и эстрадной музыки. С большим удовольствием наши вечера вели знаменитые артисты Юлия Рутберг и Кирилл Сафонов (некоторое время живший и работавший в Израиле), Максим Виторган и другие.

 

Надо подчеркнуть: несмотря на то что российские еврейские артисты видят себя прежде всего россиянами и носителями русской культуры, прикосновение к еврейским корням означает для них и связь с Израилем. Более того – теплое отношение к Израилю, ощущение, что речь не идет еще об одной чужой стране, присуще не только им, но и тем их коллегам, которых с еврейским народом связывают семейные узы, и все они – российская часть того моста культурного и человеческого обмена, который соединяет две наши страны.

 

В этой связи мне очень хочется вспомнить, как вскоре после прибытия в Москву я осмелилась прийти к великому Юрию Любимову с достаточно нескромной просьбой помочь мне провести мое первое "посольское" мероприятие, которое я хотела отметить в Москве, – день памяти активиста алии, депутата кнессета Юрия Штерна, с которым Любимов состоял в очень теплых, дружеских отношениях. Любимов сразу взялся за дело, и вечер, состоявшийся в Театре на Таганке с участием семьи Юры Штерна, был просто потрясающим – от атмосферы до постановки.

 

Еще один очень интересный и многообещающий аспект этого явления – это постоянно усиливающийся обмен культур России и Израиля. Еще когда мне, как послу, приходилось наблюдать за тем, как принимали в Москве израильские художественные коллективы – такие, как театр "Гешер", Израильский филармонический оркестр и другие, – у меня возникало впечатление, что контакт российской и еврейско-израильской культуры – это не контакт двух чуждых друг другу организмов.

 

Каждый, кто знает историю Израиля, историю развития нашей культуры, понимает, что ее корни – в первых волнах алии, которая строила наше государство, алии, говорившей на иврите с русским акцентом. Да и сегодня культура Израиля в немалой степени строится теми, кто покинул русскоязычное культурное пространство за последние 25 лет.

 

Свежий пример этому, один из самых трогательных, был дан в прошлом году на столетие театра "Габима", когда "Габима" приехала выступать на сцене Театра Вахтангова в Москве (мне выпала часть участвовать в подготовке этих гастролей уже в качестве вице-президента фонда "Генезис", содействовавшего этому культурному обмену). То восхищение, тот почет, с которым израильский национальный театр был встречен там, где он родился, как мне кажется, превзошли все ожидания. Конечно же, "Габима" – один из самых ярких примеров этого симбиоза культур и русских культурных корней израильского искусства, и то, что сегодня об этом говорят не только "там", но и "тут", - это признак уже нашего, израильского прогресса.

 

Культурные связи России и Израиля, установленные сначала новыми репатриантами и гостями из России, становятся сегодня достоянием израильтян-старожилов, вновь приближая ивритскую культуру Израиля к ценностям российской культуры. Спектр интереса израильской публики очень широк, отражая специфику уже израильской истории, – иначе нельзя объяснить популярность в Израиле Ансамбля песни и пляски Российской армии имени Александрова и представить себе восхищение аудитории, когда люди в российской военной форме поют на иврите на одной сцене с кибуцным ансамблем "Геватрон".

 

 

Ни российская, ни израильская культура не стоят на месте. Меняются стили, вкусы и интересы, однако я уверена в одном – взаимный интерес к творческой жизни наших стран будет только расти, в том числе – и благодаря усилиям тех, кто соединяет в себе преданность российскому искусству и еврейское сердце.

 

ЕЩЕ ПО ТЕМЕ

 

Дочь Авраама и Эсфирь: умерла Элина Быстрицкая

 "Смотри - еврей, а какой талантливый": умер актер Владимир Этуш

Иосифа Кобзона проводили криками "Браво!" и похоронили по еврейскому обряду

 Видео: Ансамбль Российской армии поет в Иерусалиме еврейскую классику вместе с кибуцниками

 

 

Автор - дипломат и общественный деятель, вице-президент фонда "Генезис" по развитию внешних связей, посол Израиля в России (2010-2015 гг.), многолетний руководитель радиостанции РЭКА - израильского государственного радио на русском языке
Самое интересное
    Вести