Америка сейчас проходит через то, что Израиль усвоил на собственной шкуре с момента своего основания: исламистские джихадистские движения не поднимают белый флаг. Какой бы ни была мощь обрушивающегося на них огня, они неизменно предпочитают тяжелую цену героической борьбы унизительной капитуляции без условий.
В определенных обстоятельствах их удается загнать в соглашения, в которых есть и издержки - порой трудно перевариваемые, как это было с соглашениями о прекращении огня в Газе и Ливане или с ядерной сделкой с мировыми державами десять лет назад. Но когда от них требуют добровольно отказаться от самой своей идентичности, они выбирают войну до конца. Президент США Дональд Трамп, безусловно, рассчитывал, что жесткий ультиматум Ирану - капитуляция или смерть - приведет к желаемому результату. Однако чтобы ставка сыграла, тот, кто угрожает, должен быть готов без колебаний выполнить свою угрозу - какими бы ни были риски.
Когда иранский режим выбрал смерть, США, по крайней мере на ближайшие две недели, предпочли отступить. Они еще не сломались окончательно перед иранской жесткостью, но их нерешительность стала очевидной. У Вашингтона по-прежнему есть возможность упираться в своих требованиях на переговорах, однако риторика указывает скорее на готовность любой ценой завершить противостояние.
Вероятность того, что США возобновят военную операцию и реализуют угрозу уничтожить "целую цивилизацию", сейчас выглядит невысокой. В июне 2025 года (операция Израиля против Ирана "Народ-лев") и в феврале этого года американская решимость задать Ирану жесткие сроки и применить смертельную силу при игнорировании предупреждений выглядела впечатляюще. Но после того, как мартовский ультиматум оказался пустым, администрации Трампа будет крайне сложно восстановить подорванную репутацию.
Две недели, которые превращаются в два месяца, а затем в два года
Гораздо вероятнее возвращение к исходной точке, которая характеризовала два десятилетия бесплодных переговоров: две недели превращаются в два месяца, затем в два года, затем президентские выборы, затем новая администрация - и все по кругу. Первые намеки на мучительную дилемму, стоящую перед администрацией, уже прозвучали в публичных заявлениях президента Дональда Трампа в последние дни. Его слова о "смене режима" в Иране, какими бы спорными они ни были, можно было воспринимать лишь как подготовку к примирению со сложной реальностью.
Ни одна профессиональная оценка в мире не считает, что иранский режим изменился к лучшему в каком-либо аспекте. Перестановки в руководстве - с Моджтабой Хаменеи во главе пирамиды или без него - сохраняют организационный контроль Корпуса стражей исламской революции (КСИР) и гарантируют преемственность фанатичного, религиозного и фундаменталистского характера режима.
И описание президентом нового иранского руководства как "менее радикального и гораздо более рационального" служит той же цели - оправдать резкий разворот американской политики. Можно не сомневаться, что американские разведслужбы довели до сведения президента и его команды: все те, кто сегодня держат руль власти в Тегеране, ничем не отличаются от своих предшественников, ликвидированных в первые дни и в ходе последующей операции.
Если и есть изменения, то они могут оказаться в худшую сторону: после недель беспрецедентных ударов со стороны армий США и Израиля новая верхушка, скорее всего, черпает дополнительную уверенность из собственной устойчивости и из американского отступления. То, что в глазах стран оси сопротивления выглядит как однозначный стратегический провал США, может негативно сказаться на национальной безопасности Израиля.
Тенденция ослабления шиитской оси в последние годы может смениться обратной: рост уверенности, возвращение к более дерзкой линии, инвестиции в постепенное восстановление и новый акцент на наращивании сил ради реализации исходной цели - уничтожения Израиля. Хизбалле будет легче отбивать давление ливанского правительства с требованием разоружения. Руководство ХАМАСа займет более жесткую позицию на переговорах с представителями президента Дональда Трампа по реализации следующих этапов 20-пунктового плана по сектору Газа.
Показные ликования на улицах Тегерана, конечно, не способны затмить масштабные военные достижения ЦАХАЛа и армии США за 40 дней войны. Ядерная программа Ирана, его баллистический ракетный потенциал, военно-морские и военно-воздушные силы, системы ПВО, оборонная промышленность - все это понесло крайне тяжелые потери. На восстановление потребуется немало времени.
В долгосрочной перспективе тревожным сигналом на фоне этих успехов остается сама возможность того, что по итогам войны в Иране сохранится функционирующий и устойчивый фанатичный режим, приверженный восстановлению разрушенных систем, способный направлять на это колоссальные ресурсы несмотря на бедственное положение собственного населения, намеренный продолжать финансирование подрывных террористических структур ради достижения региональной гегемонии и усвоивший, что жесткое и шантажное использование своего влияния на мировой энергетический рынок является легитимным инструментом достижения целей.
Если именно таков дальнейший курс, Израилю придется сохранять самостоятельные возможности, укреплять свои позиции в регионе, готовиться к годам не менее напряженным, чем те, что пережиты с октября 2023 года, и всеми силами удерживать общественную сплоченность и устойчивость - те качества, которые достойно проявили себя в последние недели.
Автор: Цахи Ханегби - бывший глава Совета национальной безопасности Израиля