Последняя сессия кнессета XXV созыва
(Фото: Шалом Шалев)
В ночь на 16 июля кнессет XXV созыва провел последнее пленарное заседание и завершил свою каденцию, одну из самых драматических в истории Израиля. Итоги подводит политический обозреватель Ynet Амир Этингер.
Несмотря на все потрясения, впервые с 1988 года кнессет сумел отработать полную каденцию. В последний раз такое было с кнессетом 11-го созыва, но тогда политическая ситуация была менее драматической. Поэтому ключевые слова, которые лучше всего описывают нынешнее достижение, звучат так: "Кто бы мог поверить".
Кто мог подумать, что на эту каденцию придется 7 октября, а правительство во главе с Нетаниягу удержится у власти. В начале войны даже высокопоставленные министры от Ликуда были уверены, что коалиция развалится в течение нескольких недель. Но этого не произошло.
Помимо войны, эта каденция запомнится как время юридической реформы и кризиса призыва ультраортодоксов. Попытки изменения юридической системы, которые направлял министр Ярив Левин, не прекращались даже во время войны, хотя на начальном этапе столкнулись с массовым протестом, .
Свою задачу коалиция продвигала по принципу "салями", нарезая кусочек за кусочком. Один за другим появлялись законопроекты о необязательности заключения юридического советника правительства, об изменении состава комиссии по выборам судей, о переподчинении МАХАШа (отдел по расследованию нарушений среди полицейских). Законопроекты прорабатывались в комиссиях, пока страна была занята войной.
Вопрос призыва также нависал над коалицией на протяжении всей каденции. До войны ультраортодоксы полагали, что при "правительстве их мечты", обладающем 64 мандатами, они наконец добьются легализации уклонения от службы. Но Нетаниягу вновь и вновь откладывал этот вопрос. После начала войны национальная потребность в личном составе обострилась, и в комиссии по иностранным делам и обороне прошло более 80 заседаний по этой теме. Сначала во главе комиссии стоял Юлий Эдельштейн, но после того как он отказался идти на уступки ультраортодоксам, его сместили с этой должности.
Бывший министр обороны Йоав Галант, который также создавал сложности в вопросе призыва и занимал оппозиционную по отношению к Нетаниягу позицию во время войны, также был смещен со своего поста. В последние дни работы кнессета прозвучал заключительный аккорд темы призыва - закон о заморозке ареста уклонистов, который был принят на пленарном заседании, но вскоре заблокирован БАГАЦем.
В итоге Нетаниягу завершает каденцию, так и не приняв закон в пользу тех, кто служит, все его внимание было сосредоточено на ортодоксах.
Еще один важный штрих нынешней каденции - споры вокруг комиссии по расследованию трагических событий 7 октября. Нетаниягу не хотел создания государственной комиссии по расследованию, назначаемой председателем Верховного суда, но не довел до конца даже принятие собственного закона о "политической" комиссии по расследованию, согласно которому ее членов назначали бы коалиция и оппозиция - притом что оппозиция уже заявила, что не будет сотрудничать.
Правительство завершает свою работу так и не создав комиссию по расследованию крупнейшего провала за всю историю государства.
Один из главных вопросов - как этой коалиции удалось политически выжить, несмотря на войну и кризисы. Тут немалая заслуга председателя коалиции Офира Каца, которому удалось сохранить все составляющие блока, несмотря на тяжелые споры и острые конфликты, прежде всего с ультраортодоксами.
Главы двух партий засвидетельствовали: "В любом споре Кац действовал не из личных интересов, а из стремления найти решение. Каждый партийный лидер думал, что Офир действительно хочет найти решение, которое пойдет ему на пользу. Он не был игроком одной стороны - он был игроком всех сторон, без эго".
Существует немало и других ответов на вопрос о политическом выживании коалиции, но наиболее убедительным представляется ощущение самих депутатов кнессета, что такой состав коалиции больше не повторится. Правое правительство с 64 мандатами позволило коалиционным партнерам, пользуясь тем, что внимание общества отвлечено на войну, продвигать шаги, которые в другом составе были бы просто невозможны. Бен-Гвир действовал по своему усмотрению в полиции, Смотрич провел настоящий переворот на территориях, Дери назначал раввинов и контролировал министерство по делам религий и другие ведомства. Значительное большинство создавало у депутатов ощущение, что выход из коалиции ее не обрушит, поэтому их собственные политические потери будут больше, чем возможная выгода.
Оппозиция тоже пережила потрясения - с самого начала было ясно, что это будет не та же оппозиция, какой был блок Нетаниягу во времена "правительства перемен".
Во-первых, из-за перевеса сил - изначально разрыв был очень велик в пользу коалиции. Во-вторых, из-за отсутствия однородности. Уже на переговорах по реформе в резиденции президента наметились расхождения в подходах с Бени Ганцем, занимавшим особенно умеренную позицию. Кроме того, нельзя не отметить, что оппозиция так и не смогла свалить правительство и к тому же потеряла часть своих депутатов, в том числе фракцию Гидеона Саара.
Что произойдет после выборов? Вот это самый интригующий вопрос, который нам оставил завершающий работу кнессет XXV созыва.