Нет сомнений, что вмешательство министра национальной безопасности Итамара Бен-Гвира в работу полиции является беспрецедентным и не имеет аналогов среди прежних министров внутренней безопасности. Однако вопрос в том, является ли такое вмешательство легитимным и законным. Если нет - то в какой степени, и какие юридические меры можно и следует предпринять в этой ситуации.
В рамках постановления БАГАЦа по делу о работе полиции Верховный суд определил границы вмешательства министра в работу правоохранительных органов. Даже если судьи БАГАЦа примут довод о том, что Бен-Гвир нарушает это решение, приведет ли это к беспрецедентному прецеденту - обязать премьер-министра отправить его в отставку? Именно этот вопрос суд будет рассматривать в среду, 15 апреля, на напряженном заседании, в то время как у здания пройдет акция протеста против возможного отстранения министра судом.
В 90-е годы БАГАЦ постановил, что тогдашний премьер-министр Ицхак Рабин обязан уволить министра внутренних дел Арье Дери и заместителя министра Рафаэля Пинхаси из-за предъявленных им обвинений. Это решение опиралось на принцип разумности (свирут) и устанавливало, что недопустимо, чтобы министр занимал должность при наличии обвинительного заключения, поскольку это имеет "далеко идущие последствия для характера власти в Израиле, ее добросовестности и порядочности".
В 2001 году законодатель попытался преодолеть решение по делу Дери - Пинхаси и закрепил в Основном законе о правительстве, что министр может быть отстранен от должности только после окончательного обвинительного приговора и при наличии позорящего состава преступления (на иврите - калон).
Однако впоследствии БАГАЦ постановил, что, несмотря на ясный текст Основного закона, прецедент Дери-Пинхаси не утратил силу. В более позднем решении по делу министра Цахи Ханегби в 1997 году была сделана еще более далеко идущая оговорка: "Нельзя исключать возможность того, что поведение министра или его заместителя, даже если оно не достигает уровня уголовного преступления, может быть настолько крайне серьезным, что будет крайне неразумно позволить ему продолжать занимать должность". Однако это замечание никогда не было закреплено и применено на практике.
Прецедент Дери - Пинхаси и эта оговорка подвергались широкой критике, в том числе со стороны ведущих юристов. Профессор Йоав Дотан из Еврейского университета назвал этот прецедент "своего рода сорняком в нашем публичном праве".
В деле Бен-Гвира истцы и юридический советник правительства Гали Бахарав-Миара стремятся превратить эту оговорку в обязательный прецедент. По их утверждению, поведение Бен-Гвира и его вмешательство в работу полиции не позволяют премьер-министру оставлять его на должности. Бахарав-Миара утверждает, что речь идет о "захвате" полиции и превращении Бен-Гвира в своего рода "сверх-комиссара правоохранительных органов".
Помимо принципиального вопроса об отставке министра без предъявленного обвинения, судьи должны сначала оценить степень и интенсивность вмешательства Бен-Гвира в работу полиции. В постановления БАГАЦа по делу о работе полиции, где с минимальным перевесом голосов был отменен пункт, предоставлявший министру полномочия определять политику в сфере расследований, суд определил допустимые рамки вмешательства: формирование общей политики и надзор за ее реализацией. При этом было установлено, что министру запрещено вмешиваться в оперативную деятельность полиции как часть важного принципа сохранения независимости этого органа. По утверждению юрсоветника, Бен-Гвир нарушил эти ограничения и в представленном документе перечислены десятки подобных случаев.
► Депозитный чек судьи Амита
Ситуация с Бен-Гвиром сложнее и потому, что при его назначении на должность был подан иск в БАГАЦ из-за его прошлых уголовных приговоров. Суд отклонил иск, однако судья Ицхак Амит оставил своего рода "депозитный чек", который сейчас пытается "обналичить" юридический советник. Он трижды подчеркнул, что решение по делу Бен-Гвира соответствует той ситуации и не является иммунитетом на будущее. Он написал, что "хотя назначение Бен-Гвира на пост министра национальной безопасности не лишено трудностей и, возможно, может в определенной степени подорвать общественное доверие, я не нахожу, что это назначение является крайне неразумным", добавив, что "предположение о сохранении независимости полиции смягчает опасения и ущерб общественному доверию". Иными словами, по крайней мере по мнению председателя суда, если это предположение окажется ошибочным, появится основание для его отставки.
В отличие от него, заместитель главы БАГАЦа Ноам Сольберг, который выступает против прецедента Дери - Пинхаси и тем более против его расширения, тогда писал о недопустимости вмешательства в усмотрение премьер-министра при решении вопроса об увольнении министров: "Когда от нас просят рассмотреть иск с требованием применить принцип разумности, чтобы обязать премьер-министра уволить министра, она должна послужить поводом для установления границ этого принципа и заявления: до сих пор - и не дальше!".
Помимо институционально-правовых проблем вмешательства суда в отставку министров, следует отметить, что критерий Дери - Пинхаси (наличие обвинительного заключения) является измеримым и фактическим (есть или нет). В то время как новый критерий, который предлагают юридический советник и заявители - совокупность административных и правовых нарушений, подрывающих общественное доверие - гораздо более абстрактен, подвержен толкованию и трудно поддается четкому определению, что может привести к чрезмерному вмешательству БАГАЦа.
С другой стороны, нет сомнений в опасности политизации полиции. Именно по этому вопросу БАГАЦу предстоит принять решение.
Накануне заседания Бен-Гвир заявил: "БАГАЦ рассмотрит абсурдное и антидемократическое требование отстранить меня от должности. Уволенная юрсоветник Гали Бахарав-Миара утверждает, что я определяю политику, меняю полицию, вмешиваюсь в назначения, поддерживаю бойцов, стою за комиссаром Управления тюрем Коби Яакоби. Правда в том, что она права. Именно для этого меня избрали. Не быть декоративной фигурой, не перерезать ленточки и не быть моделью прокуратуры. Меня избрали управлять. Народ выбрал правых, чтобы получить правую политику. Не юридический советник будет определять политику, не прокуратура будет назначать офицеров и не их представители будут отменять волю избирателя. Нас избрали управлять, и с Божьей помощью мы будем управлять".