Порция фалафеля
(Фото: Коби Рубин)
В атмосфере всеобщего подорожания каждый израильский торговец - от государства до продавца фалафеля на блошином рынке - понимает, что настал его звездный час. И торопится повысить цены. Если литр бензина подорожал на 34 агоры, счет за электричество - на 3,4%, муниципальный налог (арнона) на 2%, как ценам на фалафель одномоментно не взлететь на 30%. А если дорожает фалафель, то почему не подкрутить на 20% цены на шуарму?
Среднестатистический владелец ларька в Израиле примерно так и рассуждает: если я повышу цену на 5 шекелей, то что, у меня перестанут покупать фалафель? И вообще кто-то почувствует, что порция шуармы теперь стоит 48 шекелей, а не 40? Раньше-то никто не возмущался, хотя сорок шекелей за шуарму - это тоже очень много.
Найдется ли в Израиле мать, которая откажет ребенку в стакане сока, если тот подорожает на 4 шекеля. То, что речь идет о подорожании на 33%, она и не подумает.
Чтобы лучше понять происходящее "здесь и сейчас", нужно обернуться назад. Всего за последние 5 лет, согласно данным ЦСБ, цены на свежие фрукты выросли в Израиле на 50%, а средний счет в ресторане на 25%. Про цены на жилье не будем даже говорить, только за последний год они взлетели на 11%. И если учесть, что средняя стоимость квартиры в Израиле достигла 2 млн шекелей, то что такое подорожание "всего" на 220.000 шекелей? Копейки? Сущие гроши, раз плюнуть?
Социальный протест, вспыхнувший в стране летом 2011 года, очень обеспокоил в свое время правительство Нетаниягу. Была создана комиссия Трахтенберга, некоторые ее рекомендации даже были реализованы. Но как это заведено, через несколько лет все было забыто. Цена творога (коттедж) вновь устремилась вверх. Стали дороже твердые сыры, а цена стейка в ресторане практически удвоилась. Но фраеры-израильтяне продолжают платить, успокаивая себя, что "выхода нет".
В Израиле потребители лишены всякой силы и понятия не имеют, что в их руках есть все возможности изменить ситуацию. В стране, которая с утра до вечера занята вопросами безопасности и политической грызней, угрозами террора и насилием на улицах, цена фалафеля попросту никого не волнует. Фраеры продолжат покупать свой фалафель по любой цене.
Параллельно правительства последних лет заняты только одним - собственным выживанием. Министров и депутатов религиозные разборки у Стены плача волнуют куда больше, чем цены в супермаркетах. Политики предпочитают кричать друг на друга в кнессете практически по любому поводу, но только не из-за растущих цен на творог, хлеб и птицу. Порой о ценах вспоминают, когда, например, стоимость авокадо зашкаливает за 70 шекелей. Но если вечером того же дня произойдет попытка теракта - авокадо с его ценами тут же забудется.
Так что же должно произойти, чтобы мы платили за "Милки" (израильского производства) ту же цену, что в Берлине? Как сделать так, чтобы квартира в Хадере или Явне не стоила дороже, чем в Париже или Лондоне?
Возможно, это не так сложно: правительство должно поставить во главу угла борьбу с дороговизной жизни в Израиле. Нужно следить за соблюдением законов (и да, есть закон, который позволяет привлечь торговца к суду за попытку назначить "нелогичную цену"). Но самое главное - потребители должны начать делать то, чего они избегают десятки лет: не делать покупки, не обращая внимания на цену.
Автор - экономический обозреватель Calcalist и "Едиот ахронот"