В ежегодной речи "О положении страны" президент США Дональд Трамп не говорил о свержении режима аятолл или уничтожении ракет Ирана как о необходимом результате военной операции, которая, возможно, еще будет проведена, но обозначил конкретную цель - чтобы Иран не обладал ядерным оружием. Поэтому возможность того, что переговоры в Женеве приведут к какому-то соглашению, которое он представит как капитуляцию Ирана, по-прежнему остается на повестке дня, несмотря на угрозы и напряженность.
Фактически, хотя Трамп упомянул в своей речи протесты и погибших демонстрантов, он не объявил, что его целью является помощь им в свержении режима, тем самым на самом деле отступив от своего заявления времен волны протестов о том, что "помощь уже в пути". В сухом остатке, судя по словам президента, если атака и будет, она, вероятно, окажется сосредоточенной на ядерных объектах. А если ее не будет - Трамп может объявить победу благодаря какому-то соглашению.
То, что действительно прозвучало в речи президента, - это попытка выстроить нарратив легитимности атаки, главным образом на фоне того, что американское общество не поддерживает войну, включая избирателей-республиканцев. На фоне сообщений о том, что и в окружении президента звучат скептические голоса относительно эффективности возможных ударов, Трамп работает над созданием легитимности для войны. При этом он в действительности не объяснил американской общественности, почему США должны вступать в затяжные боевые действия.
В отличие от прошлого, когда заявления были сосредоточены на ядерной теме, на этот раз Трамп действительно говорил о ракетном вопросе и опасениях, что они угрожают также и США. "Они уже разработали ракеты, способные угрожать Европе и нашим базам за рубежом, и работают над созданием ракет, которые вскоре смогут достичь Соединенных Штатов", - сказал он. Это важное развитие, указывающее на то, что израильский сигнал относительно намерений Ирана в ракетной сфере был передан. Однако, несмотря на то что Трамп принял этот сигнал, он пока не сделал вывода о необходимости ограничить возможности Ирана по производству баллистических ракет.
В ходе речи Трамп также подчеркнул, что у США самая сильная армия в мире, - в ответ на сообщения о нехватке боеприпасов, которая якобы не позволит вести войну против Ирана дольше нескольких дней. Он также похвалил ХАМАС и упомянул Газу, что, возможно, не является хорошим сигналом для Израиля в вопросе настойчивости на разоружении террористической организации.
Главная тревога, остающаяся после его слов, связана с ядерной темой. Американский президент заявил, что не услышал от Ирана "волшебных слов" относительно ядерного оружия, однако сам Иран это обещает - хотя поверить ему крайне трудно с учетом его поведения. Поэтому даже если Иран согласится на такое соглашение - при том что доверять ему нельзя, - существует опасение, что Трамп удовлетворится этим и представит его как большое достижение.
В целом Израиль должен быть в достаточной степени доволен речью американского президента. С одной стороны, она была жесткой и направила угрожающий сигнал иранскому режиму, а с другой - оставила дверь открытой для дипломатического соглашения. Имя Израиля не упоминалось в части речи, касающейся Ирана, что выгодно и Израилю, и самому Трампу.
С точки зрения президента США, упоминание Израиля сыграло бы на руку его критикам, которые утверждали бы, что именно Израиль дергает за рычаги; а с точки зрения Израиля лучше, чтобы его имя не фигурировало, поскольку в случае неудачи удара государство не должно выглядеть как страна, подталкивавшая президента к войне. Что действительно важно для Израиля - это тесная военная координация, и об этом свидетельствует посадка 12 самолетов F-22 24 февраля на базе ВВС на юге страны.