Прошло три с половиной десятилетия с начала Большой алии из бывшего СССР, а русскоязычные израильтяне по-прежнему подвергаются унизительной проверке на еврейство со стороны религиозно-государственного истеблишмента. Активистка борьбы за права русскоязычных репатриантов и создатель организации "Миллионное лобби" Алекс Риф выпустила книгу с провокационным названием "Больше еврей, чем ты", предлагая отделить религию от государства. Мнение об этом издании поэтессы и переводчицы Сиван Баскин приводит в понедельник, 16 марта, сайт Ynet.
Скажу сразу: я лично знакома с Алекс Риф, испытываю к ней симпатию, а также ценю ее деятельность на благо русскоязычной общины в Израиле. Я всегда на ее стороне, когда на нее обрушиваются оскорбительные реакции, представляющие ее как человека, который хочет "наводнить Израиль гоями". В Израиле 2026 года "гои" - это, по-видимому, самое страшное оскорбление, уступающее лишь "предателям-левакам".
В своей новой книге Алекс, опубликовавшая ранее два поэтических сборника, представляет собственные аргументы в остром конфликте между сложной еврейской идентичностью выходцев из бывшего СССР и государственными и религиозными институтами. Возможно, не все израильтяне осведомлены о существовании этого конфликта, однако он продолжается десятилетиями.
Большая и разнообразная русскоязычная община в Израиле - это не просто светские граждане (хилоним). Выходцы из бывшего СССР постоянно подозреваются в нарушении "расовой чистоты", в недостаточном еврействе. От них требуют унизительной процедуры его доказательства, чтобы вступить в брак в раввинате, их зачастую хоронят на отдельных участках кладбища, они проходят гиюр в особенно жесткой форме - даже если выросли евреями с рождения.
В СССР было принято говорить, что еврею достается по трем признакам: по лицу (имелась в виду "еврейская" внешность), по паспорту (где была записана его национальность) и по фамилии. Всем выходцам из СССР знакома поговорка: бьют не по паспорту, а по морде. Таким образом, родившийся у еврейского отца и нееврейской матери человек, носивший еврейскую фамилию отца, а нередко и внешне на него похожий, испытывал на себе все прелести советского антисемитизма. Неудивительно, что он искал жизнь, свободную от этого прискорбного явления. Израиль, когда это стало возможным, был для этого подходящим местом. Однако разрыв между буквой Закона о возвращении, целью которого было защитить евреев от антисемитизма в странах исхода, и еврейским религиозным законом Галахой сделал жизнь таких людей невыносимо сложной.
Мало того, что такой гражданин уже не считался "израильтянином первого сорта", будучи новым репатриантом, да еще из страны, которая в последние десятилетия была не самой популярной в Израиле, он также обнаруживал себя "евреем третьего сорта" - в глазах раввинского истеблишмента. Этот разрыв становится еще большим, когда речь заходит о репатриантах третьего поколения, о внуках евреев. Параграф, позволяющий им совершить алию, постоянно пытаются отменить.
Алекс Риф весьма точно описывает эту реальность, подвергая ее критике, а также объясняет ивритоязычному читателю трагическую историю еврейства СССР, в котором преследовались все религии, а нежелательные этнические идентичности (как та же еврейская в послевоенные годы) стирались с целью принудительной русификации и намеренного отрыва носителей "неправильной" национальности от культуры их народа.
Однако по мере того как Алекс переходит от фактов к рекомендациям, я все больше испытываю чувство неловкости.
Возьмем, к примеру, исторические реалии. Алекс замечательно описывает советский антисемитизм, запреты на вероисповедание, отрыв от корней, навязанный евреям в СССР, вынужденный выбор частью из них русской фамилии матери вместо еврейской фамилии отца с целью избежать проблем. Но мне не хватает в этом описании одной существенной детали: автор не упоминает тот факт, что значительная часть советских евреев - вне зависимости от того, сохраняли они свои национальные корни или были от них оторваны - не только жертвы государственной политики запрета на религию, но и просто люди, добровольно решившие стать секулярными, светскими, нерелигиозными людьми. Прежде всего потому, что придерживались научного мировоззрения. Точно так же, как выбрали светскость многие другие евреи, не страдавшие от государственной ненависти к религии: в англосаксонском мире, Франции, Латинской Америке или у нас в Израиле.
Как, например, моя семья, жившая до Второй мировой войны в независимой Литве и стремившаяся дать своим детям качественное общее образование - в их случае в еврейской гимназии. Никто насильственно не отрывал их от иудаизма, никто не лишал их возможности близкого знакомства с еврейской традицией. Они сами решили, что религия не будет играть значительной роли в их жизни. Оккупация Литвы Советским Союзом отняла у них имущество, дом и личную свободу, но не сделала их более секулярными людьми, чем они уже были в независимом балтийском государстве. Это был их свободный выбор. И даже тот, кто вступал в брак с человеком нееврейского происхождения, делал это вовсе не из-за какой-то таинственной "ассимиляции", а просто по любви. Кому-то трудно поверить, но иногда люди влюбляются в представителей другой религии или национальности и создают с ними прекрасные семьи.
По мере того как Алекс переходит от исторического экскурса к оперативным идеям решения проблемы (хотя уже то, что она пытается найти такое решение, заслуживает уважения), этот пробел становится все заметнее. Она говорит о галахических решениях, облегчении гиюра и абсурдных процедурах доказательства еврейства (описание тех унижений, через которые вынуждена пройти русскоязычная женщина, планирующая заключить брак в раввинате, даже если она галахическая еврейка, - один из лучших фрагментов книги), о необходимости принять в лоно иудаизма молодых людей, выросших в Израиле и служивших в ЦАХАЛе, но чью жизнь усложнил описанный выше разрыв между Законом о возвращении и Галахой. Все эти решения, разумеется, приветствуются, однако они лишь подчеркивают "наличие слона в лавке" - то есть очевидной проблемы, которую все замечают, но по тем или иным причинам предпочитают замалчивать.
"Слон" - это, разумеется, совсем не "святой" союз между религией и государством. Давно напрашивающееся отделение религии от государства, существующее почти повсюду в мире, не просто решило бы проблемы, которые описывает Алекс Риф в своей книге, а отменило бы их.
Гражданский брак и светское погребение для каждого, кто этого желает, подлинное равенство прав для всех независимо от их религии, избавление от зацикленности на религии и этничности, превращение религии в сугубо частное или общинное дело - вот что на самом деле необходимо Израилю. Тогда исчезнет и необходимость умолять раввинат, чтобы доказательство еврейства и способы гиюра не были столь унизительным опытом для представителей русскоязычной общины. В Израиле 2026 года это звучит почти как утопия, но мы не должны забывать, насколько это базовые вещи, несущие в себе потенциал решения куда более острых и важных проблем.
Книга Алекс Риф на иврите называется "Йотер йехуди мимха" (יותר יהודי ממך), издательство "Села Меир"
Подробности на иврите читайте здесь
Перевод: Гай Франкович