В последнее время у израильтян были все основания полностью сосредоточиться на происходящем в их собственной стране. Но пока мы были сконцентрированы исключительно на своих бедах и травмах, мир начал стремительно меняться, и эти далеко идущие перемены в конечном итоге окажут огромное влияние на нас.
Самая крупная и очевидная из этих перемен - революция в области искусственного интеллекта (ИИ). Пока еще рано предсказывать, каким образом ИИ переформатирует множество аспектов нашей жизни. Но есть и другое изменение, не менее масштабное. Оно касается привычных моделей мировой торговли, того, каким образом государства позволяют своим деловым секторам вести торговлю друг с другом. Это звучит довольно скучно, однако последствия этих изменений колоссальны: они напрямую влияют на стоимость жизни и уровень нашего благосостояния.
С конца 80-х годов прошлого века мир стал открытым. Мы воспринимаем это как нечто само собой разумеющееся, хотя именно открытость современного мира формирует нашу повседневную жизнь. Мы заказываем товары из-за границы. Компании, в которых мы работаем, продают свою продукцию во все страны. Заводы импортируют комплектующие и сырье со всего мира. Это влияет на цену нашего телефона, на мобильные приложения, которые мы в него устанавливаем, на лекарства и пищевые добавки, которые мы принимаем, на кофе, который мы пьем, на одежду, которую носят наши дети, на облачные сервисы, где мы храним наши фотографии, на сериалы, которые мы смотрим по выходным.
Мы живем, опираясь на инфраструктуру международной торговли, полагаясь на кажущееся нам банальным предположение, что правила, к которым мы привыкли до сих пор, будут действовать и завтра. Однако теперь это уже не столь очевидно. Правила меняются. Они становятся менее стабильными, менее предсказуемыми и гораздо более политизированными.
Таможенные пошлины, краеугольный камень международной торговли, стали значительно более изменчивым фактором. Они могут измениться в одно мгновение по соображениям национальной безопасности, из стремления защитить отечественную промышленность или в попытке ограничить передачу информации. Каждое такое изменение в конечном итоге отражается на цене, которую мы платим, на наших рабочих местах и на способности израильских компаний развиваться на мировом рынке. Если раньше политику таможенного обложения можно было легко понять, просчитать и оценить, то сегодня предсказать, что произойдет с пошлинами, и каковы будут последствия этих изменений стало гораздо сложнее.
Недавний отчет Международной торговой палаты (ICC) пытается (насколько это возможно) с максимальной точностью оценить происходящее, чтобы понять, остается ли наш мир по-прежнему открытым и можно ли полагаться на эту открытость. Хорошая новость состоит в том, что глобальная деревня не закрылась. По крайней мере, не полностью. Плохая новость - изменения происходят очень быстро. Нам стоит это понять, потому что каждый из нас почувствует это на себе.
Отчет занимает 51 страницу, заполненную таблицами и цифрами. В нем не рассматривается Израиль, анализируются лишь крупнейшие экономики мира - страны G7: США, Канада, Великобритания, Германия, Франция, Италия и Япония. Да, это не полная картина. Но поскольку на эти государства приходится почти треть мировой торговли, а остальные две трети мира ориентируются на них, любые изменения правил игры в странах G7 ощущаются повсюду.
Составители отчета исходят из того, что нельзя ограничиваться анализом только таможенных пошлин. Значительная часть современной торговли - это торговля услугами: программным обеспечением, данными, облачными сервисами, знаниями, инвестициями. Всем тем, что не проходит через руки таможенного брокера в порту. Поэтому необходимо учитывать и эти сферы. Авторы документа проанализировали 5 параметров: торговлю рассматриваемых стран с другими государствами, их официальную торговую политику, степень ее стабильности, а также то, насколько эти страны открыты для иностранных инвестиций и для цифровой торговли.
На мой взгляд, ключевой момент здесь - это стабильность. Коммерческие компании умеют работать и при наличии правил, которые им не нравятся. Они могут менять цены, находить новых поставщиков, осваивать новые рынки, искать оригинальные решения - например, когда мир оказался закрыт из-за пандемии и вдруг выяснилось, что невозможно вывезти ничего с принадлежащими западным компаниям предприятий в Китае. Бизнес - вещь творческая, и хорошие компании способны проявлять огромную изобретательность. Но даже им трудно работать в условиях, когда торговые правила меняются постоянно. Чтобы приспособиться к чему-либо, необходимо понимать, с чем имеешь дело, и быть уверенным, что таковы нынешние правила игры. Что завтра они не изменятся в очередной раз.
Предыдущий отчет ICC был опубликован в 2017 году. С тех пор разразились торговые войны между США и Китаем (а фактически - и с остальным миром), пандемия ковида, война в Украине, кризис глобальных цепочек поставок и революция в сфере ИИ. Практически каждое из этих событий изменило деловой мир и международную торговлю. Мира, который анализировался в отчете 2017 года, больше не существует, а уверенность в устойчивости открытой торговли значительно ослабла. Как это отражено в докладе? Все страны, упомянутые в отчете, получили самый низкий балл именно по этому показателю - стабильность торговой политики.
Открытая торговля имеет решающее значение для благополучия населения. Мы знаем этос самых ранних периодов человеческой истории. Крупнейшие мыслители давно сформулировали эту идею: Адам Смит в книге "Исследование о природе и причинах богатства народов" в конце XVIII века, Давид Рикардо - в начале XIX века. С тех пор это изучает каждый студент-экономист. Но теперь кажется, будто мир об этом забыл. Средний балл, который страны, фигурирующие в отчете Международной торговой палаты, получают по параметру стабильности торговой политики, составляет 2,77 из 6. Это провальная оценка по любым меркам. Она означает, что государства слишком часто меняют правила игры и все активнее используют инструменты для ограничения торговли, что крайне затрудняет долгосрочное планирование. Соединенные Штаты - страна, считавшаяся символом свободной торговли, - являются самым показательным примером такой нестабильности. Их оценка в отчете - 1 из 6! Это самый низкий возможный показатель. И все это на совести одного человека - президента Дональда Трампа.
Его торговые войны, начавшиеся еще во время первого президентского срока и обострившиеся во втором, сделали американскую торговую политику значительно менее предсказуемой. Это не означает, что компании по всему миру перестанут торговать с США. Соединенные Штаты по-прежнему остаются крупнейшим рынком в мире. Трамп это знает и этим пользуется. Но когда важнейший рынок мира становится главным источником неопределенности, проблема возникает у всех.
Компании не знают, не окажется ли уже завтра их продукция в категории чувствительных товаров, товаров стратегического назначения или таких, которые американцы захотят производить самостоятельно. Они не знают, что будет с сырьем, которое они импортируют из азиатских стран, какие новые рынки им стоит осваивать и как вообще строить планы на годы вперед. А бизнесу необходимо планировать заранее.
Вот свежий пример: капризное решение американской администрации запретить использование за пределами США новых ИИ-моделей компании Anthropic, а затем, всего через 2 недели, отменить часть этих ограничений. Эта чехарда взбудоражила тех, кто работает с ИИ-моделями, но, как уже говорилось, это лишь один пример. Другие решения затрагивают и тех, кто никогда не имел дела с ИИ. Из-за подобных решений могут задерживаться поставки, от которых они зависит; могут давать сбои цифровые сервисы, которыми они пользуются; компания, где они работают, может столкнуться с трудностями; а их рабочие места оказаться под угрозой. И тогда работникам станет гораздо труднее строить планы на годы вперед - например, решиться взять ипотеку. Именно это происходит, когда начинают скрипеть шестерни мировой торговли.
►А что с Израилем?
(Фото: shutterstock)
Как уже отмечалось, отчет Международной торговой палаты не включает Израиль, однако нам определенно есть чему из него научиться. В отличие от стран, упомянутых в исследовании, у нас нет огромного внутреннего рынка. Мы - небольшое государство с небольшой экономикой. Мы не можем продавать товары только самим себе и не можем самостоятельно производить все необходимое. Чтобы жить в достатке и развиваться, мы обязаны быть связаны с остальным миром. Так было всегда, но сейчас это особенно верно.
В условиях нескончаемой войны, международной изоляции и мира, в котором очень многие государства, компании и люди относятся к нам недоброжелательно, жить в достатке и обеспечивать экономический рост становится особенно трудно. Не случайно премьер-министр Биньямин Нетаниягу говорил о "супер-Спарте" - Израиле, который сможет самостоятельно производить больше необходимого и не будет зависеть от других. Государству, ведущему войну, действительно необходимы резервы, запасы, сильная оборонная промышленность и собственные возможности в критически важных сферах.
Но это нереализуемо. Мы просто не можем этого достичь. И даже если бы теоретически могли, открытому миру все равно нет замены. Открытый мир означает, что мы можем быть государством, значительно превосходящим свои реальные размеры. Например, именно таковы наши позиции в сфере высоких технологий. В закрытом мире, в условиях почти автаркической экономики, все начнет сжиматься: и экономика, и уровень нашей жизни. Мы станем гораздо меньше собственных возможностей, собственного потенциала и того качества жизни, которого заслуживаем.
Именно поэтому отчет о международной торговле должен стать для нас тревожным сигналом. Да, международная торговля стала значительно сложнее. Да, наше положение стало тяжелее. Поэтому именно сейчас мы обязаны работать еще усерднее, чтобы сохранить связь с миром, который стремительно меняется.
Мы должны проявлять изобретательность даже в условиях неопределенности. Заключать новые торговые соглашения, диверсифицировать торговые маршруты, поддерживать хорошие отношения с максимально возможным числом рынков, понимать, в каком направлении меняются правила, регулирующие данные и цифровую торговлю, и помогать израильским компаниям ориентироваться в этом новом мире. Не с помощью лозунгов, а посредством скучной, рутинной, повседневной работы государственных систем.
Подробности на иврите читайте здесь
Перевод: Гай Франкович