'

Поезд в никуда: кто и как претендует на власть в Израиле

В израильской политике есть три модели, которые носят имена Нетаниягу, Ганца и Лапида
Нахум Барнеа|
1 Еще фото
יאיר לפיד, בני גנץ, ובנימין נתניהו
יאיר לפיד, בני גנץ, ובנימין נתניהו
Ганц, Нетаниягу, Лапид
(Фото: Шауль Голан, AFP)
Марек Эдельман был заместителем Мордехая Анелевича, руководителя восстания в Варшавском гетто. Он выжил и стал одним из лидеров движения "Солидарность", а также национальным героем Польши. "Опередить Господа Бога" - так называлась автобиографическая книга, в основу которой легли интервью Эдельмана журналисту Ханне Кралль. Однажды она спросила, почему Анелевич, а не он сам, стал лидером восстания в гетто. "Потому что он очень хотел этого", - ответил Эдельман.
В этом кратком ответе - вся теория лидерства. Кандидат, который хочет добраться до вершины, должен обладать многими качествами, в числе которых умение сотрудничать с "правильными" людьми, озвучивать нужные лозунги, гибко мыслить, быстро принимать решения, а также - непробиваемость и даже жестокость, когда это требуется.
Все эти качества важны, но лишь одно является непременным условием: амбициозность. И посильнее. Это особенно верно в отношении поста главы правительства в Израиле. Тот, кто не готов на все во имя достижения цели, не достигнет ее (исключение составляют лишь отдельные везунчики, получившие должность благодаря воле счастливого случая - спросите у Нафтали Беннета; с другой стороны, такие люди не в состоянии долго удержаться у власти).
На этих выборах три политика позиционируют себя кандидатами на пост премьера - Нетаниягу, Лапид и Ганц. Биньямин Нетаниягу наиболее предсказуем: резиденция на Бальфур - его главная цель и смысл существования. Из всех премьеров страны он пошел гораздо дальше других, чтобы вновь стать премьером.
Самый неожиданный из кандидатов, по крайней мере - с моей точки зрения, - Бени Ганц. Казалось бы, все те "помои", которые льются на него, должны были заставить уступить, бросить все и уйти. К тому же в политику он пришел не по призванию, а, скорее, приплыл по течению: после завершения армейской службы и вместо бизнес-карьеры, в которой не сумел добиться успеха. Зачем ему вообще это все было нужно? К удивлению многих, выяснилось, что внутри Ганца живет амбициозный, упорный политик с характером, способный выдержать очень многое, чтобы добиться поставленной цели.
Яир Лапид представляет собой третью модель. От него ожидали, что он будет стремиться лишь к блиц-успехам и что эго помешает ему в политической карьере. Но вышло наоборот: он создал новую политическую структуру с нуля, под его началом - 20.000 активистов, работающая фракция и преданные министры.
Он нашел в себе силы отойти в сторону и позволить Бени Ганцу стать лицом объединенного блока Кахоль-Лаван. Он создал правительство и поставил в его главе Беннета. Его взвешенное поведение удивило многих. Не исключаю, что оно удивило и самого Лапида. Оно же сделало его переход в министерство главы правительства почти естественным. И вот оно чудо: небеса не рухнули! Бибисты, похоже, рассчитывали увидеть жалкого лидера, над которым будет приятно потешаться. Вместо этого они получили ответственного и серьезного главу правительства. Да что там серьезного - практически скучного.
И вот настало время для новой предвыборной кампании. Нетаниягу поставил перед собой сложную цель: пробудить избирателей правого лагеря, усыпив при этом всех остальных. О степени его удачи мы узнаем 1 ноября.
Ганц пытается работать во всех направлениях - как с умеренно правыми, так и с левыми мапайниками, с религиозными и светскими, от "оккупации на все времена" до "двух государств", с Элькиным и Айзенкотом. В результате никто не может четко сказать, чего действительно он хочет. Не самый дальновидный шаг.
Лапид же наблюдает за выборами сверху, из канцелярии премьера. Пусть все бегают, потеют, бросают друг в друга грязью и делают ошибки. Он будет здесь взрослым и ответственным. Эта взвешенная политика укрепила позиции Еш атид в опросах, но не помогла блоку "только не Биби".
Этот блок раздроблен, составляющие его партии и политики перессорились друг с другом и не в состоянии работать вместе. В Государственном лагере, Аводе и МЕРЕЦе наблюдают, как их голоса уходят к Лапиду, и не знают, что делать. Некоторые из партий левоцентристского блока балансируют на грани электорального барьера. Если одна из них падет, то потянет за собой всех остальных.
А может быть, речь идет вообще о призраке - и никакого блока там нет? Лапид понимает, что окно возможностей, открывшееся ему полтора года назад вместе с созданием правительства перемен, захлопнулось. Не исключено, что нынешние выборы для него - лишь промежуточный этап в долгой дороге, в конце которой останется лишь одна еврейская партия, которая будет противостоять правому блоку, - его собственная. Как уже было сказано, Лапид готов к продолжительной борьбе. Вначале он наведет порядок в собственном доме, а уж потом начнет настоящую борьбу за власть.
Проблема состоит лишь в том, что политическая действительность в 2022 году не рассчитана на длительные забеги. Правила игры в ней меняются на наших глазах. Смотрич и Бен-Гвир уже не являются приемными детьми Ликуда, мамзерами, которых принято стесняться. Они - легитимные представители всего блока.
Если Нетаниягу удастся создать узкое правительство, именно ультраправые элементы будут заказывать в нем музыку, иначе такое правительство не продержится долго. Разрушение юридической системы станет лишь первым этапом. Харедизация общественного пространства - вторым, политизация государственных структур, включая ЦАХАЛ и ШАБАК, - третьим. На десерт останется аннексия территорий и режим апартеида - по всем правилам.
Когда Лапид наконец отправится на борьбу со всеми этими тенденциями, он может обнаружить, что опоздал на поезд. Что двери с треском захлопнулись, а кондуктора повесили на центральной площади.
Автор - ведущий обозреватель "Едиот ахронот"
Полный текст на иврите - здесь
Комментарии
Автор комментария принимает Условия конфиденциальности Вести и соглашается не публиковать комментарии, нарушающие Правила использования, в том числе подстрекательство, клевету и выходящее за рамки приемлемого в определении свободы слова.
""