Есть моменты, когда война находится на перепутье. Так было в декабре 2023 года, во время первой сделки по заложникам, так было в сентябре 2024 года, и так происходит сейчас.
23 сентября 2024 года, после визита премьер-министра Биньямина Нетаниягу в подразделение 8200, где молодые офицеры настаивали на ликвидации Хасана Насраллы, он поручил подготовить два стратегических варианта. Первый: соглашение о прекращении огня с Хизбаллой при посредничестве Франции. Второй: ликвидация Насраллы и переход к ситуации, в которой Ливан становится главным театром войны. После этого он вылетел на выступление в Организации Объединенных Наций. Выбранный вариант известен.
Возвращаясь к настоящему: спустя четыре с половиной недели после первого удара, нанесенного Израилем и США по режиму аятолл в Тегеране, война вновь находится на перепутье. Существуют два основных сценария.
Первый сценарий: жесткое давление со стороны президента США Дональда Трампа, за которым последует завершение военных действий в течение нескольких дней. Такой сценарий принесет значительные военные достижения, но также вызовет внутреннюю критику в Израиле и потребует продолжительных усилий против Ирана для их сохранения. Причина: Иран может стать еще более радикальным и мотивированным к ускоренному и скрытому продвижению к ядерному оружию.
Второй сценарий: наземная операция на нефтяном острове Харк, открытие Ормузского пролива и эскалация в длительный конфликт, который может продолжаться недели и даже месяцы, но с потенциалом нанести Ирану более серьезный ущерб.
Как мы дошли до этого - и что можно сделать дальше?
Достижения ЦАХАЛа и Центрального командования США (CENTCOM) в нейтрализации стратегических возможностей Ирана являются драматическими: ядерный проект, военная промышленность, силы "Кудс" и ракетная инфраструктура - все понесли крайне тяжелый ущерб.
Да, израильский тыл в среднем подвергается обстрелу примерно десятью ракетами в день, однако на практике мы имеем дело с державой, которая планировала массированные удары, и реализовано оказалось менее десяти процентов от запланированной иранской угрозы. Причина проста: израильские удары лишили Иран более 80 процентов заранее подготовленных возможностей. Это прекрасно понимают и в Тегеране, даже если обществу сложно это принять. При этом оптимистичный сценарий падения иранского режима, предложенный Мосадом и поддержанный многими, отложен до прекращения огня - остается надеяться, что он реализуется.
По ходу событий возникла еще одна неожиданность. Некоторые называют ее "большим провалом американской системы": закрытие Ормузского пролива. Возможно, этот сценарий фигурировал в презентациях, но на практике к нему не было готовности. Подобно тому, как сценарий "внезапного нападения" существовал до атаки 7 октября 2023 года, но не был реализован в оперативной подготовке ЦАХАЛа. Так и здесь - ни в планах, ни в силах, ни в задачах.
Когда пролив был закрыт, Трамп приказал самой мощной армии мира: "Откройте пролив". Однако CENTCOM не смог дать ответ. Не было готовности - и нет успеха даже в противодействии ограниченному числу морских мин.
Тем не менее достижения Израиля и США значительны: нанесен серьезный ущерб ядерному проекту, сильно поражена ракетная инфраструктура, усилено сдерживание в отношении иранского руководства. В ответ Иран использует знакомую стратегию, применявшуюся Хизбаллой: "не проиграть - значит победить".
Эта реальность формирует два четких варианта.
Вариант А: эффективное американское давление, которое приведет к быстрому завершению кампании - в течение нескольких дней - с существенными достижениями, но с необходимостью дальнейшего постоянного давления на Иран.
Вариант Б: настойчивое открытие Ормузского пролива и захват нефтяных островов с участием американских сухопутных сил при поддержке израильской авиации - шаг, который приведет к длительной эскалации на многие недели.
Что касается ливанского направления: на военном уровне задача - оставаться там, где необходимо, с нужным количеством сил. Цель - защита жителей севера, и уже ясно, что против Хизбаллы защита требует инициативы. По данным ЦАХАЛа, уже уничтожено более 850 боевиков, а силы продвигаются в сторону реки Литани. Они не останутся там, но цель - установить огневой контроль и не допустить продвижения ливанских граждан на юг в сторону Израиля, параллельно разрушая дома на линии соприкосновения.
Бывший начальник генштаба Моше Яалон говорил, что разница между тактическим, оперативным и стратегическим уровнями такова: тактический - это на несколько дней, оперативный - на несколько месяцев, а стратегический - это "на сейчас". Стратегия динамична. И сейчас в Белом доме всерьез готовят оба варианта, и только в момент истины, на развилке, президент выберет стратегию - так же, как это сделал Нетаниягу в свое время в отношении Насраллы.
До сих пор в этой войне каждый раз, когда возникал выбор на перепутье, принималось решение в пользу эскалации.
И последнее: будет стратегической ошибкой завершить войну победой Израиля на фоне провала США. Координация между странами должна сохраняться не только на тактическом уровне, но и на стратегическом уровне и в целях войны. Это сработало в начале. Теперь важно сохранить это именно в момент, когда кампания вновь находится на перепутье.
Автор - ведущий военный обозреватель "Едиот ахронот"