Несмотря на звучавшие из каждого угла предостережения по поводу опасностей массовых мероприятий на горе Мерон, депутаты ортодоксальных партий занимались тем, чтобы нагнать туда побольше людей. В полиции опустили руки. По признанию офицера, ответственного за охрану горы Мерон, "невозможно отменить или ограничить спонтанное религиозное мероприятие". Об этом он рассказал после трагедии, унесшей жизни 45 человек.
В течение многих лет ежегодные мероприятия в честь Лаг ба-омер на горе Мерон расцениваются в полиции как "спонтанное религиозное мероприятие", хотя дата его проведения всегда известна заранее и нет ни одного израильского ребенка, который бы не знал про праздник на горе Мерон. И тем не менее его определяют как "спонтанное". Почему? Потому что спонтанное нельзя остановить.
Долгие годы ответственным за организацию и охрану главного ежегодного празднества на горе Мерон был офицер полиции Миха Тоболь. "Хотя оно считается спонтанным, мы так к нему не относимся, - сказал он в 2015 году на некой академической конференции. – Это мероприятие невозможно ни отменить, ни ограничить обычными административными средствами. Оно происходит, и надо принять его как данность".
В последние дни пресса много писала о предостережениях, звучавших до трагедии. Но как выясняется, ларчик просто открывается: полиция просто не считала, что это мероприятие можно хоть как-то ограничить, и принимала его как данность, посланную с небес.
"Если бы накануне праздника на гору пришел бы какой-нибудь инженер и сказал, что конкретный участок не подходит для массовых мероприятий, ты думаешь, кто-нибудь его послушался бы? - задал риторический вопрос бывший офицер полиции. – Нет такого командующего округа, даже такого честного и прямого, как нынешний командующий Северным округом полиции, который мог бы встать и сказать: "Все, закрывайте, я приказываю закрыть из соображений безопасности!" Нет такого генерального инспектора полиции, который пошел бы на такое. Если кто-то согласился бы, то вскоре вылетел бы из полиции".
В 2015 году Исраэль Дери, ответственный за святые места в Северном округе, рассказывал, что у него екало и замирало сердце, когда он смотрел, как ортодоксы прыгали в экстазе на трибунах. Миха Тоболь разделяет это мнение. Оба рассказывали, что после каждого праздника трибуны были выгнуты. Государство вкладывало огромные деньги в закупку трибун, способных выдержать прыжки. Но никто не пытался предотвратить толкучку и нагрузку.
Напротив. В 2016 году комиссия кнессета, занимающаяся обращениями граждан, обсуждала выводы из событий Лаг ба-омер на горе Мерон в том году. Депутат Айхлер подытожил их так: "Самое важное, что мы почти упустили при обсуждении, это невозможность закрыть гору по решению какого-то офицера. Если существует проблема столпотворения, то на месте должны присутствовать высокие чины и принимать решения о распределении потока людей".
Чтение протокола заседания не оставляет сомнений: обсуждались прежде всего вопросы, связанные с задержкой автобусов и поиском возможностей доставлять на гору как можно больше людей. Никогда не упоминалась проблема чрезмерной перегрузки конструкций и человеческой давки.
Во время другого заседания Айхлер даже сказал, что территория площадки на горе Мерон достаточно большая, и если захотеть, можно расширить ее до Цфата.
На всех этих заседаниях присутствовал офицер полиции Тоболь. Отвечал профессионально, компетентно и по делу. "Площадь территории неизменна, ее нельзя увеличить", - говорил он. В 2018 году депутаты ортодоксальных партий приветствовали его продвижение по службе и не исключили, что в один прекрасный день он станет кандидатом в генеральные инспекторы.
Как же так получается, что при всей своей популярности объект для массового паломничества столь неблагоустроен и ненадежен? Ответ прост: если государство возьмет за него ответственность, оно не позволит устраивать там опасное столпотворение. Но тогда это вызовет недовольство, конфликты с ортодоксальным миром и борьбу внутри него.
В случае с трагедией на горе Мерон все знали об опасностях и предостерегали. В 2017 году депутат Михаль Розин от партии МЕРЕЦ сказала председателю финансовой комиссии Моше Гафни, что "только если произойдет катастрофа, все проснутся и через неделю подготовят программу и бюджеты". На что он ответил ей: "Именно так".
Так что от МЕРЕЦ до Яадут ха-Тора все всё знали и понимали. Это был не тот случай, когда люди не сознавали опасность и жили в ощущении, мол, пронесет и обойдется. Нет. Катастрофа была ожидаема и предсказуема.
Аналогичная история произошла с понятием "ответственность". В прошлом в Израиле от людей требовали брать ее на себя. Люди сопротивлялись, боролись, пытались отказаться от нее или свалить на другого. Теперь же ее с легкостью берут. Но без каких-либо практических последствий. Что такой ответственность? Для некоторых – просто слово.
В конечном счете вопрос заключается в том, какое государство здесь останется. Позволит ли Израиль крупным секторам общества существовать в рамках собственного суверенитета, будь то преступность в арабском секторе, борьба с эпидемией или праздник на горе Мерон. Последняя трагедия служит предостережением всему Израилю. Не может быть никакой ответственности, полиции, бюджета или урегулирования без уважения к установленным государством правилам, законам и нормам. Хотите праздник – принимайте требования государства.