Практически с тех пор, как питерский театр Fulcro почти в полном составе приземлился в Израиле и начал новую жизнь в самой культурной стране Ближнего Востока, вокруг коллектива не умолкает извечный спор: "наши", мол, или "не наши". Даша Шамина и ее ребята действительно привезли с собой нечто подозрительно "зарубежное" - традиции европейского театра новой волны, кабаре, документальные постановки - плюс бизнес-хватку и четкое понимание того, чего они хотят от себя и от других.
Даже когда над коллективом взял своеобразное шефство театр "Гешер", видимо, вспомнив о первых шагах команды Евгения Арье в Израиле, Fulcro сохранил свои самобытность и фирменную отстраненность от сиюминутности.
Чего у Даши Шаминой уж точно не отнять - способности удивлять. После нескольких месяцев почти полного затишья, когда пошли слухи о том, что Fulcro, мол, собирают чемоданы, это произошло в действительности. Но чемоданы стали паковать не режиссеры (Даша Шамина и Роман Феодори) с единомышленниками, а герои одноименной пьесы Ханоха Левина.
То есть одновременно произошли два события. С одной стороны, Fulcro анонсировали первый проект на иврите, объединив в нем как актеров-репатриантов, так и коренных израильтян. С другой - этот коллектив, игравший в Питере на территории бывшего пивоваренного завода, а не в традиционном театре, возвращается к истокам. Действие "Пакуем чемоданы" перенесено к старой железнодорожной станции Тель-Авива, на перрон, прямо у сохраненного для истории фрагмента рельсов.
В театральном жаргоне это называется сайт-специфик: постановка, вырывающаяся за пределы привычного театра, там где есть сцена, зрительный зал - и огромное расстояние между ними. Здесь же все рядом, а отсутствие стен превращает театральное действо в часть жизни города, а зрителей - в сопереживающих соседей.
Выбор старой станции - отличный ход. И действительно, лучшего места для спектакля, где царит чемоданное настроение, найти трудно. Кроме того, длинное вокзальное помещение с несколькими дверьми позволяет создать пространство, напоминающее коммунальную квартиру или живущий в своем микрокосмосе дворик.
За каждой дверью прячутся трагикомические персонажи, пытающиеся найти свой путь в жизни, сбежать из опостылевшего мирка, в котором вынуждены существовать и который уже давно оказался им мал. Трагедия заключается в том, что эту коммуналку, как булгаковскую нехорошую квартиру, никто не покидает по собственной воле. Чуть ли не единственный выход - вперед ногами. Только тогда кто-то из них, может быть, дождется доброго слова от родных и соседей.
"Господь дал нам похороны, чтобы напомнить о жизни, - говорит в финале Мотке - образцово-показательный ешиботник и подкаблучник. - И вот когда мы лежим на этой тележке, накрытые простыней, и скоро нас покроет земля, только тогда становится понятно – что было суетой, и что главным. Что главного-то мы так и не сказали, растратили время по пустякам, жевали, плевались, но главного так и не сказали".
За каждой дверью этой безумной коммуналки разворачивается своя маленькая трагедия. Эльханан (Григорий Каценельсон) вынужден делить квартиру с грезящей наяву мамашей (Евгения Натанов), свято верящей, что она "умерла в возрасте 8 лет".
Зато Муня Глобчик (Руслан Барабанов) все пытается определить престарелую мать (Тамар Карпов) в дом престарелых, но божий одуванчик Бубе умудряется сбегать раз за разом, что тот Гудини. Единственное утешение трогательной старушки - внук Зиги (Шир Саяг/Ицхак Хова), нерв и душа постановки.
Между тем, властная Ципора Цхори (Настя Гордыманова) сделает все, чтобы изгнать из дому брата мужа - беззащитного горбуна Авнера (Лев Левин). А ее любимый Мотке (Ноам Таль) разрывается между любовью к убогому родственнику и желанием угодить беременной супруге.
Про актеров можно говорить долго, потому что хочется упомянуть очень многих. Михаль Вайнберг - звезда "Гешера", отличная актриса, в послужном списке которой проходных ролей просто нет. К тому же Вайнберг - очень "левиновская" актриса по духу: кажется, что сам мэтр с удовольствием приглашал бы ее участвовать в своих постановках. Все сцены Вайнберг с замечательной Анной Дубровицкой (Лола) смотрятся как отдельная и очень смешная миниатюра.
За карьерой Льва Левина я внимательно слежу еще с фильма "Недвижимость: история любви", где он сыграл главную роль. Его персонаж в "Чемоданах" - ключ к пониманию того, что хотел сказать нам драматург, и Левин справляется достойно, заставляя зрителей понять и полюбить своего нелепого героя.
Молодой и талантливой Тамар Карпов досталась безмолвная роль энергичной Бубе - той самой бабушки, которая сидит в салоне и путается у всех под ногами. Кто хочет подтверждения тезису, что маленьких ролей не бывает, пусть посмотрит на мастер-класс, который Карпов выдает на сцене (извините, на перроне).
И здесь самое время сказать, что за проект такого масштаба сегодня возьмется и не всякий репертуарный театр. В постановке заняты около 20 актеров, плюс отличная живая музыка в исполнении темпераментного бэнда. Добавим сюда же уникальную локацию и сопутствующие дополнительные сложности - и получаем проект, который сделал бы честь любому театральному коллективу.
Созданное стараниями и талантами группы энтузиастов событие не должно остаться в рамках русскоязычной общины. "Пакуем чемоданы" от Fulcro - зрелая постановка от театра, который мы заслужили: новаторского, дерзкого, талантливого - и очень израильского. На этом дискуссию про "наших" и "не наших" предлагаю на этом закончить. Даше Шаминой и ее команде доказывать больше ничего не нужно: пусть удивляют нас и дальше.