Примерно через месяц после побега шестерых террористов из тюрьмы "Гильбоа" Служба новостей телеканала "11КАН" опубликовала фрагменты из протокола допроса Махмуда Арды, который считается инициатором и вдохновителем дерзкой "операции". Арда поведал следователям ШАБАКа о причинах, заставивших его начать подкоп, и о том, как он смог скрывать план побега из самой охраняемой тюрьмы Израиля в течение не менее 9 месяцев. Напомним, что террористы бежали из тюрьмы в ночь на 6 сентября.
Арда: Я начал копать 14 декабря 2020 года. Это был день, когда я родился заново. В тот день в тюрьме проводили серьезный и очень тщательный обыск. Меня перевели в камеру № 5, которая находится ближе к внешней стене тюрьмы, чем моя предыдущая камера, и тогда я решил начать подкоп.
Следователь: Как вы смогли сдвинуть плиты на полу камеры?
Арда: На том этапе я работал самостоятельно. Я сказал сокамерникам, что хочу вырыть тайник для того, чтобы спрятать мобильные телефоны. Я старался копать, когда в камере никого не было, оставлял только одного – на стреме.
Террорист рассказал, что старался не пользоваться ложками для подкопа, потому что опасался, что после побега другим заключенным запретят ими пользоваться.
Следователь: Какие инструменты вы использовали?
Арда: Какое-то время назад в камерах заменили шкафы на железные. Когда их монтировали, я сумел подобрать железную деталь – небольшой железный треугольник, который упал с одного из шкафов. Охранники не обратили внимания. У меня был еще и железный шуруп, который я подобрал на тюремном дворе. Он был прочный и острый, как нож. Потом я подобрал и большой камень, который использовал в качестве молотка. Первый этап подкопа занял около двух месяцев.
Шестеро участников побега
(Фото: EPA)
Следователь: У вас был опыт в рытье туннелей?
Арда: Я пытался делать подкоп в тюрьме "Шата" в 2014 года – но там попытку обнаружили. И в том случае я рыл подкоп под туалетом. Уже 15 лет назад мне стало известно, что под душевыми комнатами в камерах, как правило, покрытие пола более слабое и там можно начать рыть подземный лаз. Но долгие годы я ничего не предпринимал, потому что в тюрьме было хорошо. Можно было учиться в университете, нас хорошо кормили, разрешали посещения и пользование мобильными телефонами. Политики не вмешивались тогда в жизнь арестантов. Только после того, как условия ухудшились, я начал думать о побеге. У нас говорят, что каждый еврейский политик должен наказать заключенных, чтобы попасть в кнессет.
Следователь: Вы не опасались, что подкоп обнаружат?
Арда: Нет, что бы мне сделали? Добавили еще несколько лет? Я и так отбываю пожизненное заключение. Мне нечего терять.
Следователь: Какова была протяженность туннеля?
Арда: Точно не знаю, метров 25. Подкоп прошел под четырьмя камерами, пока мы не вышли наружу.
Следователь: Когда вы закончили копать?
Арда: За день до побега.
Кроме того, Арда рассказал, что планировал оставить письмо в камере перед побегом, но не успел его написать. У других арестантов в личных вещах были найдены чертежи с планами тюрьмы и рисунки карты Израиля.
Арда: Я хотел написать письмо с извинениями всем тюремщикам и служащим ШАБАС. Они относились к нам хорошо, но были вынуждены выполнять распоряжения политиков. Я хотел написать, что мы отправляемся на территорию ПА, и попросить, чтобы они не наказывали других заключенных, чтобы нам не пришлось предпринимать меры.
Следователь: Что вы имеете в виду?
Арда: Я опасался, что нам придется организовать теракты, если бы они стали наказывать других арестантов.
Арда рассказал, что участникам побега было известно о тюремной вышке, находящейся возле выхода из прорытого ими лаза, но они решили рискнуть. Позже выяснилось, что на вышке в ту ночь не было охранника, а тюремщица, находившаяся на соседней вышке, заснула во время дежурства.
В конце концов Арде и его напарнику по побегу удалось добраться до Нацерета. Они питались объедками, которые находили в мусоре, и планировали "залечь на дно" в городе и даже найти там временную работу. После этого они планировали добраться до Дженина. Арда и его напарник были пойманы первыми, через 5 дней после побега.
Как сообщали ранее "Вести", тюрьма "Гильбоа" была открыта в конце 2004 года, когда потребовались дополнительные места содержания террористов, осужденных за события интифады Аль-Акса (второй интифады).
До последнего времени тюрьма классифицировалась как имеющая самый высокий уровень безопасности среди всех в Израиле. Камеры в этой тюрьме называют "сейфами" (касефет), каждая представляет собой куб из 66 т литого бетона (в три раза больше, чем в любой другой тюрьме). Помимо этого пол выполнен из особого материала, предотвращающего прокладку лаза. Даже внешне по нему видно, пытался ли кто-то копать.
Камеры-сейфы соединены между собой коридорами, похожими на лабиринт, чтобы заключенным было тяжело понять, где они находятся, отправляясь на 2-часовую прогулку во дворе. Тюрьма имеет пять крыльев, соединенных с главным корпусом. Десятки камер, установленных по всему периметру, круглосуточно следят за каждым шагом заключенных.
В каждом крыле - 15 камер. В каждой камере - 8 заключенных. Переход из крыла в крыло возможен по особому протоколу.