Пока Израиль и США продолжают массированные атаки на Иран, а тот отвечает серией собственных ударов по странам Персидского залива и их нефтяной инфраструктуре, в Пекине внимательно следят за развитием событий. Не только из-за опасений падения режима в Тегеране, но и из-за труб, питающих китайскую экономику. Анализ показателей рисует картину глубокой энергетической зависимости и стратегических изменений, которые могут переделать мировой баланс сил - от Тайваня до Персидского залива. Этой теме посвящена публикация в Ynet.
Война с Ираном, судя по всему, будет иметь немедленные глобальные экономические последствия. В то время как на Западе звучат голоса, поддерживающие этот шаг как ответ на ядерную угрозу Ирана, в Пекине тон совершенно иной.
Китай - скрытная держава, обычно избегающая прямых конфликтов. Власти этой страны резко осудили израильско-американскую атаку, а также ликвидацию Али Хаменеи и других высокопоставленных иранских чиновников. Однако пока Китай не демонстрирует конкретного намерения оказать военную помощь Ирану. В лучшем случае он может направить миссию гуманитарной помощи. За осуждениями и моральной риторикой, опирающейся на такие понятия, как "суверенитет" и "нарушение устава ООН", скрываются холодные цифры и экономические интересы, без которых китайский экономический двигатель может задохнуться.
►Цифры, стоящие за китайской зависимостью
Чтобы понять тревогу Китая, нужно взглянуть на энергетическую карту. Иран для китайцев - не просто очередной политический партнер. Он их главная заправочная станция. Согласно последним оценкам, около 90% добываемой в Иране нефти продается Китаю. Чтобы обойти международные санкции, эта нефть идет окольными путями через третьи страны, но конечный пункт назначения остается неизменным.
Китайские нефтеперерабатывающие заводы, не связанные с мировой финансовой системой, покупают иранскую нефть со скидкой 5-10 долларов за баррель от мировых рыночных цен. Эскалация войны, которая поставит под угрозу эти поставки, вынудит китайцев покупать гораздо более дорогую нефть на свободном рынке, что увеличит производственные затраты в китайской промышленности на миллиарды долларов.
С апреля 2025 года Китай и Иран смогли разорвать зависимость от доллара. После вывода Ирана из международной клиринговой системы SWIFT сделки проводятся в юанях. Это стратегическая победа для Пекина, стремящегося сделать свою валюту глобальной альтернативой.
А еще есть Ормузское бутылочное горлышко: около 20% мирового потребления нефти, примерно 20.000.000 баррелей в день, проходит через Ормузский пролив. Для Китая пролив - настоящая артерия жизни: около 50% проходящей там нефти предназначено для китайских портов. Остановка коммерческого движения в этом проливепредставляет серьезную угрозу энергетической безопасности Пекина. Каждый день простоя означает рост производственных расходов в Китае и риск для внутренней экономической стабильности.
►Между дипломатией и "законом джунглей"
Канцлер Германии Фридрих Мерц заявил, что США "потратили недели" на переговоры с Ираном в Омане и Швейцарии в поисках дипломатического решения, но безрезультатно. По его словам, Иран отказался от соглашения, которое остановило бы его ракетную и ядерную программы, что и привело в итоге к военной операции.
Однако этот аргумент - палка о двух концах. Если США и Израиль могут атаковать суверенное государство и ликвидировать его лидера во имя "самообороны" или "предотвращения будущей угрозы", что мешает другим державам сделать то же самое? Эксперт по международному праву Кристоф Зафферлинг предупреждает, что нарушение иранского суверенитета может послужить оправданием для других стран. Если правила нарушаются в Тегеране, почему Россия не может использовать те же аргументы в Украине? Или, что еще хуже с западной точки зрения, почему сам Китай не может использовать их, например, на Тайване? В этом смысле израильско-американская атака на Иран может послужить китайцам в недалеком будущем против Тайваня, но не только.
Наряду с экономической угрозой война несет с собой прекрасную возможность для Китая улучшить свой глобальный имидж. В то время как США выглядят применяющими грубую силу и произвол (особенно после захвата президента Венесуэлы Мадуро), Китай может позиционировать себя как "ответственный взрослый".
Пекин использует институты ООН, чтобы наносить удары по Вашингтону, утверждая, что именно он защищает мировой порядок и верховенство закона. Это битва за "глобальный юг" - те развивающиеся страны, которые чувствуют угрозу от западного доминирования. Членство Ирана в клубе стран БРИКС и Шанхайской организации сотрудничества (ШОС) превращает атаку на него в атаку на клуб, который Китай пытался построить как альтернативу Западу.
Война США и Израиля в Иране, таким образом, гораздо больше, чем региональный конфликт - это проверка силы союзов, стабильности энергетических рынков и прочности международного права. Китай сейчас находится на перепутье. В экономическом плане он должен обеспечить поток нефти и предотвратить крах иранского партнера. В плане имиджа он стремится привести мир к "новой эре", где США больше не мировой полицейский, а мировая система многополярна. В стратегическом плане Китай наблюдает и внимательно изучает, как ведет себя и действует Запад, подготавливая инструменты на тот день, когда решит сам принять меры на своем заднем дворе, с Тайванем в качестве главной мишени.
Подробности на иврите читайте здесь
Перевод: Даниэль Штайсслингер