Российский самолет взлетает с авиабазы Хмеймим в Сирии
(Фото: минобороны РФ)
Сирия и Россия договорились о будущем российских военных баз на сирийской территории. Они будут преобразованы в "центры совместной военной подготовки". Об этом сообщили в воскресенье, 9 августа, сирийское государственное агентство Sana и близкое к Кремлю информагентство РИА.
Речь о продолжении работы российской военно-морской базы в Тартусе и российской военно-воздушной базы в Хмеймим, хотя и в ограниченном формате. Согласно заявлению сирийского МИДа, базы превратятся в "совместные учебные центры", а гражданские объекты перейдут под ответственность Дамаска. В частности, Сирия получит контроль над гражданским аэропортом Хмеймим и четвертым коммерческим причалом порта Тартус.
Россия и Сирия также договорились пересмотреть статус объектов, которые сейчас используются в военных целях. Российские военные базы будут преобразованы в "совместные центры подготовки и повышения квалификации", сообщает информагентство РИА.
В МИД Сирии отметили, что новые договоренности должны учитывать интересы обеих стран. Российское внешнеполитическое ведомство пока не опубликовало официального сообщения о новом соглашении.
Переход к новому формату российского присутствия должен занять не более трех месяцев, после чего договоренности вступят в силу. В сирийском МИД сообщили, что переговоры на эту тему продолжались около полутора лет, и подчеркнули, что соглашение "открывает новый этап" в отношениях между двумя странами.
Неясно, что именно это означает, однако из заявления можно понять, что российское военное присутствие в Сирии сохранится и в отдаленном будущем, делает вывод израильское издание Ynet. По сообщениям зарубежных СМИ, ранее у Израиля существовала сложная система негласных договоренностей с Россией по поводу свободы действий ВВС ЦАХАЛа в сирийском небе.
Россия была союзником сирийского диктатора Башара Асада, особенно после начала гражданской войны. В 2015 году она даже активно вступила в войну и помогала ему, нанося авиаудары по его противникам. Нынешний президент страны, Ахмед аш-Шараа был как раз одним из противников режима Асада. Именно его исламистские боевики, среди прочих, подвергались этим бомбардировкам.
В декабре 2024 года, когда казалось, что Асад уже фактически победил в войне, силы аш-Шараа начали стремительное наступление, и свергли режим Асада. Сам Башар Асад бежал в Россию.
Падение режима Асада было воспринято как серьезный удар по российским амбициям на Ближнем Востоке. Среди прочего, встал вопрос о будущем двух крупных российских военных баз в Сирии – в Тартусе и Хмеймим.
Россия тогда начала масштабное сокращение и перегруппировку своего военного присутствия в Сирии, но полностью ни Тартус, ни Хмеймим не покинула. К концу декабря 2024 года, по оценке ISW со ссылкой в том числе на украинскую разведку и открытые источники, значительная часть российских сил уже ушла с удаленных баз в Сирии. Основное присутствие было сконцентрировано именно в Хмеймим и Тартусе, но и оттуда РФ перебросила часть военной техники.
Служба BBC Verify в декабре 2024 года характеризовала происходящее как подготовку к "частичному выводу", хотя тогда еще оставалась возможность и полной эвакуации, если бы Москва не договорилась с новыми властями.
К началу 2025 года стало ясно, что Россия пытается сохранить обе базы. В январе 2025 российская правительственная делегация приехала в Дамаск на переговоры. Ключевым вопросом было сохранение военных баз в Хмеймим и Тартусе.
С самого начала новая власть в Дамаске, стремившаяся к стабильности и восстановлению разрушенной страны, не исключала того, что разрешит россиянам использовать эти базы. Но одновременно режим аш-Шараа давал понять, что потребует компенсацию за это. Как один из вариантов, Дамаск мог потребовать выдачи Башара Асада. Но этого не произошло. Владимир Путин и Ахмед Аш-Шараа встретились лично в Кремле, в октябре 2025 года - вероятно на встрече также обсуждался вопрос военных баз.
Детали подписанного между двумя странами соглашения не до конца ясны. В заявлении сирийского МИДа оно описано как "меморандум о взаимопонимании", то есть, не полностью детализированное соглашение.
Одновременно с этим заявлением Управление гражданской авиации Сирии сообщило во второй половине дня, что приняло в сферу своей ответственности международный аэропорт Латакии, которым ранее управляла Россия, и "начало подготовку к его восстановлению". Российская деятельность в этом международном аэропорту после падения режима Асада и без того была крайне ограниченной.
Что это значит?
В январе 2017 года режим Башара Асада и Россия заключили особенно важное соглашение. Россия получила право бесплатно использовать и расширять военно-морскую базу в Тартусе на 49 лет. Соглашение позволяло одновременно размещать там до 11 российских военных кораблей, в том числе корабли с ядерной энергетической установкой. Москва рассматривала это уже как основу для постоянного военного присутствия в Средиземноморье.
Особенно важным Тартус стал в связке с российской авиабазой Хмеймим, расположенной примерно в 60-70 км севернее, возле Латакии. Вместе они создавали практически автономный российский военный плацдарм: Хмеймим обеспечивал авиацию и противовоздушное прикрытие, а Тартус - морскую логистику, ремонт и снабжение флота.
В течение 2025-2026 годов Москва и новые власти Сирии вели переговоры о новом статусе российских объектов. Согласно меморандуму, о котором было объявлено 9 августа, положение меняется принципиально, отмечает информагентство Reuters. Сирия возвращает под собственное управление гражданские объекты Тартуса, в частности коммерческие причалы, а российская военная инфраструктура должна быть преобразована в "совместный учебный и квалификационный центр".
Это означает, что прежняя модель фактически эксклюзивной российской базы времен Асада заменяется значительно более ограниченным совместным форматом. Тем не менее, Кремль, судя по договоренности, в итоге сохранит военное присутствие на сирийском побережье.
Для России сохранение хотя бы части военной базы в Тартусе имеет стратегическое значение. Оно позволяет не потерять полностью прямой выход военной инфраструктуры к Средиземному морю после краха союзного режима Асада.