Иногда телефон не подает сигнала об обстреле, но сердце у нас начинает чаще биться, и мы уверены, что слышали сирену, хотя ее не было. Насколько распространено это явление, когда оно считается естественной реакцией, а когда это признак более глубокого расстройства? Доктор Ярден Левинский, руководитель психиатрической службы в больничной кассе "Клалит", объясняет, что происходит у нас в голове.
С начала войны с Ираном наша бдительность достигла пика. Даже когда относительно тихо и улица выглядит совершенно обычно, многим кажется, что прозвучала сирена – звук, от которого сердце уходит в пятки, – но на деле никакого оповещения не было. Этим звуком может стать промчавшийся мимо мотоцикл, сигнал на чужом телефоне или даже сильный порыв ветра – всего этого достаточно, чтобы активировать внутренний механизм чрезвычайной ситуации. Это явление, как выясняется, далеко не редкость. Означает ли оно паническую атаку? Или "посттравму" - ПТСР, посттравматическое стрессовое расстройство? Или это естественный защитный механизм нервной системы, перешедшей в состояние повышенной готовности?
Доктор Ярден Левинский, руководитель психиатрической службы в больничной кассе "Клалит", объясняет: речь идет о совершенно нормальной реакции. "Прежде всего нужно сказать: это нормально, это не означает какой-то проблемы, – подчеркивает он. – В нынешней ситуации мозг находится в состоянии повышенной готовности, постоянно готов распознавать опасность. Сигнал опасности в нашем случае сейчас – это сирена.
Мозг предпочитает ошибиться в положительную сторону, подумать, что сирена была, хотя ее не было, чем противоположную ситуацию – пропустить настоящую сирену. Он, метафорически выражаясь, повышает "громкость" окружающей среды – ищет любые признаки того, что что-то происходит, и тогда дает ошибочную интерпретацию. Достаточно, чтобы человек услышал быстро едущий по дороге шумный мотоцикл или какой-то определенный гул, и это активирует триггер".
Для наглядности доктор Левинский приводит в пример очень известный житейский случай.
"Это похоже на "синдром фантомной вибрации" (тисмонет ха-ретет ха-медуме), когда люди чувствуют, что телефон вибрирует в кармане, хотя на самом деле этого не происходит. Это то же самое, поскольку мозг привыкает искать некий паттерн, и он так сильно его ищет, что иногда опознает событие как случившееся, хотя на самом деле оно не происходит", – говорит доктор.
Если так, напрашивается вопрос: это индивидуальная реакция людей, более чувствительных к стрессу, или же широкое социальное явление, отражающее общенациональный уровень тревожности?
По словам доктора Левинского, цифры удивляют. "Это очень распространено, особенно после 7 октября – периода, когда было огромное количество сирен, – говорит он. – Многие люди могут рассказать вам, что с ними это случалось".
– Доктор, но как понять, что это естественная настороженность, а не симптом серьезного психического расстройства?
– Вот как: вы отличаете это от других вещей в тот момент, когда пытаетесь прислушаться. Вы понимаете, что ничего нет, и осознаете, что это была не сирена. Люди, у которых действительно есть проблема, продолжат вести себя так, будто сирена была – это психотическое состояние, и это более редкий случай.
– А может, так выглядит в нашей стране ПТСР?
– У людей с ПТСР это будет не единственным симптомом. "Посттравма" сопровождается целой совокупностью ощущений - флешбэками, избеганием общения и определенных мест, изменениями в поведении, перепадами настроения и так далее. При этом синдроме больные впадают в очень тяжелые стрессовые состояния и флешбэки, это не просто "я услышал сирену".
Что касается стресса в целом , то чем он продолжительнее, тем очевиднее его влияние на состояние людей. Я говорю не конкретно об этих ложных сиренах, а о том стрессе, в котором мы находимся. Очевидно, что некоторые люди справляются с ним труднее, но для данного конкретного явления это не имеет значения.
Доктор Левинский подчеркивает: это состояние не будет постоянным. Как мозг научился входить в режим готовности, так он сумеет из него выйти – как только изменится реальность.
Тем, кто испытывает трудности, он предлагает очень простое решение. "Когда война закончится, это постепенно сойдет на нет и исчезнет. Пройдет несколько дней, вы поймете, что сирен нет, и мозг перестанет их искать".
Перевод: Даниэль Штайсслингер