1 Еще фото
Демонстрация в поддержку режима в Тегеране
(Фото: Majid Asgaripour/WANA (West Asia News Agency) via REUTERS)
Соблазн объявить о победе над Ираном понятен. Израиль и США нанесли существенный удар по его военным возможностям. Объекты подверглись атакам, системы были ослаблены, а инфраструктура, в которую режим вкладывал силы многие годы, понесла тяжелый урон. В тактическом военном смысле это действительно серьезное достижение. Но главный вопрос не в том, что было уничтожено, а в том, что изменилось.
Если смотреть на картину в целом, трудно утверждать, что на нынешнем этапе война коренным образом изменила реальность. Иранский режим не рухнул. В Тегеране не произошло политических перемен. Основа силы Исламской республики - руководство, Корпус стражей исламской революции и идеология, которой они руководствуются, - осталась прежней.
Даже в ядерной сфере, вокруг которой строилась значительная часть конфликта, уже ясно, что часть возможностей уцелела: знания, инфраструктура, а возможно, и материалы.
Это означает, что главные результаты войны связаны прежде всего с сокращением возможностей. А такое положение по определению обратимо. Режимы учатся, приспосабливаются и восстанавливают свою силу. История Ближнего Востока полна таких примеров. Поэтому вполне возможно, что нынешняя война - не конец этой истории, а лишь еще одна ее глава.
Не исключено, что через несколько лет - а может быть, и раньше - Израиль вновь окажется перед той же дилеммой: Иран будет пытаться восстановить свой потенциал, а Израилю снова придется думать о военной операции, чтобы его остановить.
Но в следующий раз Иран будет совсем другим. Он подойдет к этому раненым, униженным и еще более решительным в стремлении отомстить. Он постарается устранить все слабые места, выявленные этой войной: рассредоточить активы, скрыть инфраструктуру, усилить защиту объектов и углубить сотрудничество с государствами, враждебными Западу.
Но самый опасный вариант - это стратегический вывод, который Иран может сделать из происходящего: единственный способ предотвратить будущие атаки - добиться ядерного сдерживания. Если именно такой урок извлекут в Тегеране, режим сделает все возможное, чтобы создать бомбу - быстро, скрытно и, возможно, с помощью внешних партнеров.
Подобное сотрудничество уже существовало в прошлом, и нет оснований считать, что в будущем оно не может расшириться. В таком сценарии возникает опасный парадокс: операция, задуманная для того, чтобы остановить иранскую ядерную программу, может, наоборот, ее ускорить.
Важно подчеркнуть: это не единственный сценарий. Возможен и другой вариант развития событий, при котором военное и экономическое давление со временем ослабит режим, Иран откажется от дальнейшей эскалации и, возможно, выберет иной путь.
Но ответственная политика не может строиться только на самом оптимистичном сценарии. Она обязана учитывать и пессимистический вариант и готовиться к нему.
В этом контексте стоит посмотреть и на Вашингтон. У президента США могут быть иные соображения, чем у Израиля. С его точки зрения, прекращение боевых действий и объявление о победе могут быть самоцелью.
Политическое давление внутри США, экономические издержки затяжного конфликта и опасения по поводу широкой региональной эскалации - все это естественным образом подталкивает к скорейшему завершению кампании.
К этой системе расчетов добавляется и давление со стороны государств Персидского залива, которые опасаются дальнейшей региональной эскалации и ее последствий для экономики, энергетических рынков и собственной безопасности. С их точки зрения, даже если Иран ослаблен, главная задача - остановить войну и вернуть стабильность.
В такой реальности вполне возможно, что вскоре мы услышим американское заявление о "победе". Но подобное заявление вовсе не обязательно будет означать подлинный стратегический перелом. Не исключено, что оно лишь обозначит конец нынешнего раунда.
Если так и произойдет, Израиль может обнаружить, что иранская проблема не решена, а лишь отложена. А возможно, даже усугубилась. Иран, который выйдет из этой войны раненым, но решительным, может посвятить ближайшие годы созданию потенциала, который не допустит следующего удара. Именно поэтому сейчас, когда в студиях уже звучат заявления о победе, особенно важно сохранять трезвость. Не исключено, что эта война - не та самая война. Не исключено, что это всего лишь еще один раунд.
Д-р Йоэль Гужански - старший исследователь института INSS, Тель-Авивского университета, в прошлом высокопоставленный сотрудник Совета национальной безопасности Израиля.