Президент США Дональд Трамп надеялся, что израильский план по разжиганию внутреннего восстания против режима аятолл в Иране приведет к быстрому окончанию войны - однако до сих пор эти надежды не оправдались.
Когда США и Израиль готовились к началу войны против Ирана, глава Моссада Давид Барнеа пришел к премьер-министру Биньямину Нетаниягу с планом. По его словам, уже в течение нескольких дней после начала войны Мосад, вероятно, сможет мобилизовать иранскую оппозицию и спровоцировать волнения и акты восстания, которые могут привести к падению иранского режима. По словам американских чиновников, говоривших с газетой The New York Times, Барнеа представил этот план и высокопоставленным представителям администрации Трампа во время визита в Вашингтон в середине января. Нетаниягу принял этот план.
Несмотря на сомнения относительно реализуемости этой идеи среди американских чиновников и представителей других израильских разведывательных структур, Нетаниягу и Трамп заняли оптимистичную позицию. Они полагали, что ликвидация иранских лидеров в начале войны, вместе с серией разведывательных операций, направленных на смену режима, приведет к массовому восстанию - которое может быстро завершить войну.
"Возьмите под контроль свое правительство, возьмите его в свои руки", - сказал Трамп иранцам в начале войны - после того как призвал их сначала укрыться от бомбардировок.
Спустя три недели с начала войны восстание в Иране так и не произошло. Согласно актуальным оценкам американской и израильской разведки, иранский режим ослаблен, но остается целостным, а страх перед армией и полицией Ирана снижает вероятность восстания внутри страны или проникновения на территорию Ирана этнических милиций через границы - по крайней мере в ближайшей перспективе.
Несмотря на веру в то, что Израиль и США могут способствовать возобновлению протестов и, возможно, даже началу настоящего восстания, реальность оказалась совершенно иной. Вместо внутреннего распада иранское правительство укрепилось и привело к эскалации войны, в рамках которой были атакованы военные базы, города, суда в Персидском заливе и объекты нефтегазовой инфраструктуры.
Статья The New York Times основана на беседах более чем с дюжиной источников из США, Израиля и других стран - часть из них занимает официальные должности в настоящее время. Большинство из них говорили на условиях анонимности.
С момента первого выступления Трампа официальные лица США в значительной степени прекратили публично обсуждать вероятность восстания в Иране, однако некоторые по-прежнему надеются, что оно произойдет.
Несмотря на более сдержанную риторику, Нетаниягу по-прежнему заявляет, что воздушная кампания Израиля и США получит поддержку наземных сил. "Невозможно проводить революции с воздуха, - сказал он на пресс-конференции в четверг. - Должен быть и наземный компонент. У этого наземного компонента есть множество вариантов, и я оставляю за собой право не делиться с вами всеми этими возможностями". Нетаниягу также добавил: "Пока рано говорить, воспользуется ли иранский народ условиями, которые мы для него создаем, чтобы выйти на улицы. Я надеюсь, что да. Мы работаем в этом направлении, но в конечном итоге это зависит только от них".
За кулисами, однако, Нетаниягу выражал разочарование тем, что обещания Мосада способствовать восстанию в Иране не реализовались. На одном из совещаний по вопросам безопасности, спустя несколько дней после начала войны, Нетаниягу вспылил и заявил, что Трамп может в любой момент решить завершить войну - и что операции Мосада пока не принесли результатов.
По словам американских и израильских источников, часть из которых занимает официальные посты, в период, предшествовавший войне, Нетаниягу использовал оптимистичные оценки вероятности иранского восстания, чтобы убедить Трампа в том, что свержение режима является достижимой целью. Многие американские чиновники, а также аналитики военной разведки Израиля, сомневались в плане по организации массового восстания. Командиры армии США говорили Трампу, что иранцы не выйдут на протесты, пока США и Израиль сбрасывают бомбы. Разведывательные оценки указывали на низкую вероятность массового восстания, способного угрожать режиму, и ставили под сомнение, что атака США и Израиля приведет к гражданской войне.
Из Белого дома не последовало официальной реакции на публикацию The New York Times, однако один из представителей администрации отметил, что в своих первых заявлениях после начала войны Трамп призывал иранцев оставаться дома и выходить на улицы только после завершения воздушной кампании. "Когда мы закончим, возьмите под контроль свое правительство", - сказал он в начале войны.
Нейт Суонсон, бывший сотрудник госдепартамента и Белого дома, который до июля входил в американскую переговорную команду по Ирану под руководством Стива Виткоффа, заявил, что за годы своей службы он никогда не видел "серьезного плана" по продвижению восстания в Иране. "Многие протестующие не выходят на улицы, потому что по ним будут стрелять, - сказал Суонсон. - Их просто убьют. Это первое. Второе - значительная часть людей просто хочет лучшей жизни и сейчас остается в стороне. Они не любят режим, но не хотят умирать, протестуя против него. Эти 60% останутся дома". Он добавил: "Есть люди, которые действительно настроены против режима, но они не вооружены и не выводят большинство населения на улицы".
Похоже, Трамп пришел к аналогичному выводу спустя две недели после начала войны. 12 марта он отметил, что у Ирана есть силы безопасности на улицах, которые "стреляют из пулеметов по людям, если те хотят протестовать". В интервью Fox News Трамп сказал: "Поэтому я действительно думаю, что это серьезное препятствие для людей, у которых нет оружия. Это очень серьезное препятствие. Это произойдет, но, возможно, не сразу".
► Курдский фактор
Хотя многие детали планов Мосада остаются секретными, один из компонентов включал поддержку вторжения иранских курдских милиций, находящихся на севере Ирака. У Мосада есть давние связи с курдскими группами, и американские источники утверждают, что как ЦРУ, так и Мосад в последние годы предоставляли курдским силам оружие и другую поддержку. У ЦРУ уже были полномочия поддерживать иранских курдских бойцов, и оно снабжало их оружием и консультировало задолго до нынешней войны.
В первые дни войны израильские истребители и бомбардировщики наносили удары по военным и полицейским объектам на северо-западе Ирана, в том числе чтобы расчистить путь для курдских сил. Однако сейчас американские чиновники менее воодушевлены идеей использовать курдов как прокси. Это вызвало напряженность в отношениях с израильскими партнерами.
7 марта, спустя неделю после начала войны, Трамп заявил, что прямо призвал курдских лидеров не вводить милиции на территорию Ирана. "Я не хочу, чтобы курды входили, - сказал он журналистам. - Я не хочу видеть, как курды страдают и погибают".
Вскоре после сообщений о возможном участии курдских милиций Бапир Талабани, глава Патриотического союза Курдистана, заявил Fox News, что таких планов на практике нет. Он добавил, что продвижение курдов может дать обратный эффект: "Можно утверждать, что это даже нанесет вред", - сказал он. "Иранцы очень националистичны. Если они почувствуют, что курды, пришедшие извне, угрожают целостности их государства, это может, наоборот, объединить народ против сепаратистского движения".
Турция предупредила администрацию Трампа не поддерживать какие-либо действия курдов. Сообщение было передано министром иностранных дел Турции Хаканом Фиданом в недавнем разговоре с госсекретарем США Марко Рубио, сообщил турецкий дипломат. Турция, союзник США по НАТО, давно выступает против любых операций вооруженных курдов, поскольку сама сталкивается с курдским сепаратизмом внутри страны.
► Восстание, которое не произошло
Американские источники, получавшие разведывательные брифинги до войны, сообщили, что ЦРУ рассматривало различные сценарии развития событий в Иране после начала боевых действий. Полный крах режима считался относительно маловероятным исходом. Другие источники отметили, что даже под давлением, как это было во время массовых протестов в январе, режим быстро подавлял восстания.
Разведывательные оценки указывали, что вооруженные элементы внутри иранского режима могут вступить в конфликт друг с другом или предпринять действия, способные привести к гражданской войне. Однако, согласно этим оценкам, такие силы скорее поддерживают конкурирующие группы религиозных лидеров, чем представляют демократическое движение. Наиболее вероятным исходом считалось сохранение власти радикальными элементами существующего режима. В ЦРУ, Мосаде и ЦАХАЛе отказались комментировать вопросы The New York Times.
Израильские разведслужбы уже давно рассматривали возможность попытки спровоцировать восстание в Иране как самостоятельную операцию или вскоре после начала военной кампании, однако до недавнего времени отказывались от этой идеи. Как основной орган внешней разведки Израиля, Мосад отвечал за планирование подобных операций. Шахар Кауфман, бывший глава иранского направления в исследовательском подразделении военной разведки, заявил, что Израиль рассматривал различные идеи по дестабилизации или свержению режима в Иране, однако, по его мнению, они изначально были обречены на провал. Он не считает, что свержение режима является достижимой целью в нынешней войне.
Предшественник Барнеа на посту главы Мосада, Йоси Коэн, решил, что попытки спровоцировать восстание в Иране - это пустая трата времени, и распорядился минимизировать ресурсы, направленные на эту задачу. Во время его каденции, завершившейся в 2021 году, Мосад оценивал, какое количество граждан должно выйти на протесты, чтобы они стали реальной угрозой режиму, сравнивая эти данные с масштабами протестов со времен исламской революции 1979 года.
В организации задавались вопросом, способны ли разведывательно-оперативные действия сократить этот разрыв, и пришли к выводу, что нет. Вместо этого стратегия заключалась в постепенном ослаблении режима до его фактического подчинения требованиям Израиля и США - посредством санкций, подрыва экономики, ликвидации ученых-ядерщиков и военных лидеров, а также диверсий против ядерной инфраструктуры.
В последний год, когда вероятность военной операции Израиля против Ирана возросла, Барнеа изменил подход и направил ресурсы на разработку планов, которые могли бы привести к падению режима в Тегеране в случае войны. В последние месяцы, по словам источников, он считал, что существует шанс вызвать волнения в Иране после нескольких дней интенсивных авиаударов со стороны Израиля и США и ликвидации высокопоставленных иранских лидеров. Однако ожидаемое восстание так и не произошло, несмотря на первые удары и ликвидации - хотя израильские источники утверждают, что надежда на это еще не утрачена.
"Я думаю, что нужны "сапоги на земле" (boots on the ground), но это должны быть сапоги самих иранцев", - заявил в интервью CNN посол Израиля в США Йехиэль Лейтер, отвечая на вопрос о том, как может завершиться война. "Я думаю, что это впереди".