Большая алия. 30 лет спустя
Коронавирус и ваши права

Алекс Ягудаев: бухарский еврей заговорил по-амхарски и стал лучшим другом эфиопской общины

Репатриант из Узбекистана даже имеет второе, эфиопское имя, настолько его уважают в этой общине. Удивительная история в проекте "Вестей" к 30-летию Большой алии

Ноа Лави |
Опубликовано: 31.10.20 , 11:26
Алекс Йегудаев. Алекс Йегудаев.
Алекс Ягудаев и его друзья
(Фото: личный архив)
Когда Алекс Ягудаев из Ришон ле-Циона начинает бойко разговаривать на амхарском языке, все вокруг изумляются. А когда говорит, что у него есть второе, эфиопское имя - Аянау, то его засыпают вопросами. И действительно: как уроженец Узбекистана, представитель общины бухарских евреев, стал лучшим другом репатриантов из Эфиопии? "Тут все дело в пиве", - смеется Алекс. Но, конечно, пиво - только часть уникальной истории этого человека, о которой он рассказал "Вестям" в эксклюзивном интервью. Беседа состоялась в октябре 2020 года, в честь 30-летия Большой алии из СССР.
"Я приехал в Израиль ребенком и сам пережил немало проявлений ксенофобии. Поэтому когда я вижу, как трудно приходится молодежи из эфиопской общины, я понимаю их переживания. Эти ребята для меня, как братья. Они такие же, какими мы сами были тридцать лет назад", - признается Алекс Ягудаев, бизнесмен и общественный активист. Ему всего 37 лет, но его знают все в эфиопской общине. Алекс лично помогает многим молодым людям и даже учредил собственную стипендию, благодаря которой они могут получить образование в Израиле.
►Из Узбекистана в Израиль
Алекс Йегудаев. Алекс Йегудаев.
Алекс Ягудаев с мамой.
(Фото: личный архив)
Алекс Ягудаев родился в Узбекистане. Репатриировался в 1990 году с родителями и тремя братьями. Семья Ягудаевых поселилась в Рамле по настоянию дяди Алекса, репатрианта со стажем, приехавшего еще в 1970-е. "Я пошел сразу во второй класс, и все для меня было в новинку. В тот год в Израиль прибыло много детей-репатриантов, нас дразнили, считали чужаками. К сожалению, с таким отношением приходилось и дальше сталкиваться не раз", - говорит Алекс.
Закончив школу, Алекс поступил в кулинарный колледж "Тадмор", приобрел профессию повара. В свободное время занимался футболом и даже побеждал на соревнованиях. Как и другие братья, сочетал учебу с работой - помогал отцу в семейном магазине в Рамле.
Алекс Йегудаев. Алекс Йегудаев.
Алекс Ягудаев с футбольной командой в 1990-е (вратарь, внизу справа).
(Фото: личный архив)
Немного позже один из его братьев открыл собственную лавку, и Алекс стал его партнером по бизнесу. "Именно там, в нашем совместном магазинчике, я впервые встретился с ребятами из эфиопской общины. Заметил, что они часто покупают пиво. Разговорился - и выяснилось, что без этого напитка у них не проходит ни одно торжество. В дни рождения, праздники, просто на вечеринках принято подавать на стол пиво", - продолжает Алекс.
Один такой покупатель заказал у Алекса пару ящиков пива. Затем привел своего родственника - и тот тоже сделал заказ. За ними потянулись их друзья. Каждого Алекс встречал добрым словом, шуткой, мгновенно запомнил труднопроизносимые имена. Вскоре магазин братьев Ягудаевых стал таким популярным, что потребовался отдельный склад для пива. "Этот склад работает по сей день, хотя прошло уже 20 лет", - смеется Алекс.
Алекс Йегудаев. Алекс Йегудаев.
Алекс с отцом Эли Ягудаевым.
(Фото: личный архив)
- Какое пиво популярнее всего в эфиопских семьях?
- Они очень любят израильское пиво – "Карслберг", например. Любят и эфиопское, одно время я его даже импортировал в Израиль. С пивом они любят есть эфиопский хлеб "инджера" с разными начинками - и мясными, и овощными. Вообще эфиопская кухня очень разнообразная. Есть традиция сидеть всем вместе и пить кофе в три подхода – не успеют разлить всем по кругу, как ставят сразу заново на огонь, и так еще два раза. Это называется "буна". Еще одна традиция напоминает мне нашу, она связана с проявлением уважения к старшему члену семьи. В эфиопских семьях принято, чтобы старейший в роду резал хлеб за столом, это знак почета и большая привилегия.
"У меня с эфиопской общиной – настоящий роман, - признается он. - Я настолько ценю, понимаю и уважаю этих людей, что уже многие годы помогаю им занять достойное место в израильском обществе. Часть средств жертвую на стипендии для эфиопской молодежи, чтобы они могли учиться в университетах и колледжах. У меня даже эфиопское имя есть, которым меня называют друзья из общины – Аянау. Многие даже не знают, что я Алекс (улыбается)".
Алекс Йегудаев. Алекс Йегудаев.
Ягудаева с уважением принимают в эфиопской общине
(Фото: личный архив)
- Наверняка многие русскоязычные интересуются у вас, почему такая дружба именно с этой общиной. Как вы отвечаете на такой вопрос?
- Мы с семьей пережили немало несправедливостей и предвзятого отношения, когда были новыми репатриантами. Эфиопским евреям еще тяжелее – им еще и с цветом кожи "не повезло". Я совершенно не терплю проявлений расизма, который все никак не исчезнет из нашего общества. Нет никакой причины, чтобы выходцы из эфиопской общины не имели равных возможностей с другими израильтянами, чтобы их не принимали на работу в разные организации - или принимали, но в виде исключения.
Я вам расскажу одну такую вопиющую историю. Одна знакомая эфиопская израильтянка замужем за ашкеназским евреем, ее фамилия Гольденберг. И вот она послала резюме, ее пригласили на собеседование. Однако стоило ей войти, как она показалась нанимателю менее "подходящей", чем по фамилии в документе. И ее не взяли на работу.
Конечно, так не везде, но проблема существует, даже на бытовом уровне. Однажды ко мне пришел мой конкурент и говорит: "Ты с ума сошел продавать им пиво, они же тебя обмануть могут при заказе". Я его спросил: "А что, другие меня обмануть не могут? Только эти?" Горько признавать, но такая бытовая дискриминация, идущая от невежества, весьма распространена в Израиле.
- Что вы знаете об эфиопской общине, чего не знают другие?
- Это очень открытые, дружелюбные и теплые люди. Мы с братом доставляли им пиво на дом - и так завязались отношения, которые длятся по сей день. Они очень уважают каждого гостя. Никогда не рассердятся на тебя, даже если скажешь что-то не то. Они очень тактичные, воспитанные люди, с ними приятно общаться.
Благодаря новым друзьям Алекс довольно быстро овладел амхарским языком. "У меня просто выхода не было: многие пожилые люди в общине плохо говорят на иврите, а общаться мне очень хотелось, – говорит он. - Когда пронесся слух, что я выучил амхарский, мне стали поступать очень привлекательные предложения по работе. Предлагали место следователя в полиции, появились бизнес-возможности как в Израиле, так и за границей. Так что я не только приобрел друзей в этой общине, но и вырос в профессиональном плане".
А однажды меня увидел на улице посол Эфиопии, проезжавший мимо на машине. Он узнал меня по роликам в YouTube. Велел водителю остановиться, вышел, пожал руку и сказал: "Видел, как ты говоришь по-амхарски. Впечатлен!" При первой возможности я угостил посла нашими бухарскими лепешками. Он преломил хлеб, попробовал и потом нахваливал.
Алекс активно участвует в жизни как эфиопской, так и родной бухарской общины, он активист Конгресса бухарских евреев. "Мечтаю, чтобы и у эфиопской общины был подобный форум", - говорит он.
- Что общего у молодежи из бухарской общины и эфиопской?
- Желание показать, что они достойны и могут преуспеть не хуже других. Бухарским евреям это неоднократно удавалось, и моя мечта - чтобы репатрианты из Эфиопии стали такой же успешной частью израильского общества.
Алекс-"Аянау" Ягудаев живет в Ришон ле-Ционе. Он женат, у него трое детей - 12, 13 и 14 лет. Со своей будущей женой Алекс познакомился в… больнице, в отделении физиотерапии. "У нас обоих были проблемы со спиной, и нас поставили в пару для выполнения упражнений по физиотерапии, - вспоминает с улыбкой Алекс. - Мы начали с упражнений – а закончили свадьбой".
Алекс Йегудаев. Алекс Йегудаев.
Алекс Ягудаев.
(Фото: личный архив)
Несмотря на эпидемию коронавируса, Ягудаев полон оптимизма. "Сейчас пивные поставки приостановились: нету свадеб, других торжеств, но у меня много занятий и планов. В будущем я хочу влиять на судьбу страны, - признается Ягудаев. - Я верю, что каждый из нас может улучшить общество, в котором мы живем. В отличие от миллионной алии из бывшего СССР, которая стала большой силой, в том числе политической, эфиопская община относительно немногочисленна. Но они наши братья, мы все вместе живем в этой стране, и все только выиграют, если и эта община займет в ней достойное место".
0 - обсуждения статьи