Трамп на праздновании независимости США
(Фото: REUTERS/Evan Vucci)
Президент США Дональд Трамп заработал не менее 2,2 млрд долларов в течение первого года после возвращения в Белый дом - это беспрецедентная сумма для лидера демократического государства. Об этом пишет The New York Times, сравнивая возможные конфликты интересов Трампа с практикой других мировых лидеров, в том числе премьер-министра Израиля Биньямина Нетаниягу. По мнению экспертов, масштабы доходов Трампа выводят его в совершенно иную категорию - ту, которая обычно ассоциируется с авторитарными правителями.
Бывшего премьер-министра Италии и миллиардера Сильвио Берлускони, умершего в 2023 году, нередко считают политиком, который во многом проложил путь Трампу. Берлускони контролировал крупные средства массовой информации, отличался демонстративной роскошью и, прежде всего, использовал законодательные процедуры, которые вызывали обвинения в конфликте интересов.
Он продвигал законы, которые, как утверждали критики, были специально разработаны для защиты и укрепления обширной бизнес-империи его семьи. Кроме того, его ежегодные декларации о доходах показывали, что, занимая пост премьер-министра, он продолжал получать десятки миллионов долларов.
В сравнительном анализе The New York Times, посвященном Трампу и другим мировым лидерам, отмечается, что опубликованные на этой неделе финансовые отчеты указывают: американский президент заработал не менее 2,2 млрд долларов в первый год после возвращения в Белый дом. В эту сумму входит около 1,4 млрд долларов, полученных от криптовалютного бизнеса семьи Трампа.
Доходы такого масштаба прежде казались немыслимыми для любого руководителя либеральной демократии - тем более для действующего президента США. В The New York Times подчеркнули, что ни один современный западный лидер публично не раскрывал столь огромных заработков во время пребывания у власти.
По словам экспертов, опрошенных американской газетой, масштаб обогащения семьи Трампа ставит его в один ряд с лидерами, чьи личные доходы обычно связывают с влиятельными правителями России и Турции. Эти доходы особенно заметны потому, что Соединенные Штаты долгие годы позиционировали себя как государство, находящееся в авангарде финансового регулирования, борьбы с коррупцией и защиты верховенства закона.
При этом доходы Трампа от криптовалютного бизнеса подчеркивают особенно очевидный конфликт интересов: будучи президентом, он контролирует регулирование отрасли, из которой как предприниматель получает огромную прибыль.
Белый дом отверг утверждения о том, что Трамп или члены его семьи действовали в условиях конфликта интересов. Сам Трамп на этой неделе также отклонил эти обвинения, заявив: "Я никогда не разговариваю с людьми, которые управляют деньгами".
Однако, по мнению экспертов, с которыми беседовала The New York Times, отказ признавать сам факт конфликта интересов осложняет работу исследователей коррупции - как в крупных, так и в небольших государствах. Речь идет о поведении, которое до президентства Трампа Соединенные Штаты, вероятно, сами подвергли бы осуждению.
"То, как ведут себя США, в значительной степени влияет на формирование международных норм", - сказала профессор Лиз Дэвид-Барретт, директор Центра изучения коррупции Университета Сассекса. По ее словам, колоссальные доходы Трампа подорвали представление о том, "что существует стандарт, к которому все мы должны стремиться".
Она пояснила, что теперь лидерам в разных странах гораздо проще задаваться вопросом: "Почему я должен ограничивать свое поведение, если самая могущественная страна мира не устанавливает подобных ограничений для собственного президента?"
В The New York Times подчеркнули, что Трамп, разумеется, далеко не единственный политик, которого подозревали в использовании государственной должности для получения личной выгоды. Среди ряда мировых лидеров издание упомянуло и премьер-министра Израиля Биньямина Нетаниягу, которому предъявлены обвинения во взяточничестве, мошенничестве и злоупотреблении доверием.
"Его обвиняют в предоставлении регуляторных льгот влиятельным бизнесменам в обмен на подарки или благоприятное освещение в СМИ", - пишет американская газета.
Наряду с Нетаниягу издание упомянуло Берлускони, который пришел к власти после крупного коррупционного скандала, приведшего к падению прежнего политического класса Италии. Также был назван бывший премьер-министр Испании Хосе Луис Родригес Сапатеро, которого расследуют по подозрению в руководстве сетью торговли влиянием и отмывания денег. Он отвергает обвинения.
Нынешний премьер-министр Испании Педро Санчес также недавно был вынужден защищаться в парламенте на фоне обвинений в коррупции, касающихся его жены, брата и политических союзников.
Тем не менее, по словам экспертов, опрошенных The New York Times, масштабы доходов семьи Трампа ставят его в совершенно отдельную категорию по сравнению со всеми этими политиками. Трампу и его семье не предъявляли обвинений в нарушении какого-либо закона ради получения этих доходов. Кроме того, он освобожден от требований, которые обычно обязывают высокопоставленных чиновников американской администрации продавать активы в компаниях, способных извлечь выгоду из их политических решений.
Американская газета решила сравнить положение Трампа с ситуацией президента России Владимира Путина. Формально Путин владеет лишь скромной квартирой, двумя старыми советскими автомобилями, внедорожником и советским прицепом-дачей. Однако фактически, как утверждает издание, он возглавляет сеть олигархов и систему государственной власти, которые сделали его одним из самых богатых людей в мире.
Фонд борьбы с коррупцией, созданный российским оппозиционером Алексеем Навальным, умершим в российской тюрьме в 2024 году, утверждал, что Путин накопил большое число личных активов. По данным фонда, речь идет об усадьбах в разных регионах России, яхтах в Европе и огромном дворцовом комплексе на побережье Черного моря.
Этот комплекс, по оценке фонда, стоит около 1,3 млрд долларов и включает многоуровневую систему подземных бункеров, частный тоннель к морю, обширные элитные виноградники и хоккейную площадку. Путин отрицал, что этот объект принадлежит ему.
По мнению профессора Дэвид-Барретт, бизнес-проекты семьи Трампа также напоминают политические династии в Азии, лидеров которых обвиняли в конфликте интересов между их политической деятельностью и коммерческими империями их родственников.
Семейная компания Trump Organization предоставляла лицензии на использование имени "Трамп" для объектов недвижимости в странах, зависящих от поддержки американской администрации, включая Саудовскую Аравию и Катар. Белый дом неоднократно отвергал обвинения в конфликте интересов, заявляя, что компанией управляют дети Трампа, а не сам президент.
По словам Дэвид-Барретт, усиливающаяся политическая поляризация во многих странах облегчает лидерам уход от ответственности. "В поляризованном обществе избиратели склонны воспринимать обвинения против выбранных ими лидеров как политическую атаку, а не как законный повод для беспокойства, и поэтому склонны преуменьшать их значение", - пояснила она.
"Даже когда они считают обвинения правдивыми, их лояльность к партии и лидерам может заставить их игнорировать неправомерные действия", - добавила исследовательница.
Сам Трамп в январе так высказался о своих сделках: "Я выяснил, что никому на самом деле нет дела".
По словам экспертов, опрошенных The New York Times, безразличие избирателей ослабило способность традиционных механизмов сдержек и противовесов привлекать лидеров к ответственности.
"Когда избиратели сомневаются в значимости обвинений против своих лидеров, они могут в конечном итоге отвергнуть и легитимность надзорных органов, которые выдвигают эти обвинения", - заявил Фернандо Хименес Санчес, политолог из Университета Мурсии в Испании, специализирующийся на изучении коррупции.
По его словам, для многих избирателей в странах, которыми руководят популистские лидеры, "механизмы сдержек и противовесов воспринимаются просто как еще одна часть политической элиты, которую они критикуют".
Он отметил, что после Уотергейтского скандала США помогали формировать международный стандарт борьбы с коррупцией. Теперь же, считает он, Трамп задает иной стандарт - такой, который может разрушить защитные механизмы демократии и открыть путь к конфликтам интересов у других лидеров.