Почему Верховный суд отменил вскрытие тел младенцев, погибших в нелицензированных яслях в Иерусалиме, и на какой закон опиралось это решение – объясняет во вторник, 20 января, юридический обозреватель Ynet Натаэль Бандель.
Автор напоминает, что суд удовлетворил апелляцию организации ЗАКА на разрешение, выданное судом нижней инстанции на вскрытие тел. Уже более двух десятилетий организация ЗАКА действует с целью предотвратить проведение вскрытий тел - в рамках работы по сохранению достоинства умерших. Этим занимается юридический отдел организации, в который входят десятки адвокатов.
Затем обозреватель приводит пример юридической коллизии из прошлого. Так, в 2011 году был ликвидирован глава преступной организации Франсуа Абутбуль, его застрелили. Полиция решила провести вскрытие для установления причины смерти, однако семья Абутбуля выступила против. Родственники обратились в юридический отдел ЗАКА, и в ходе слушаний в Верховном суде судьи были убеждены доводами организации и запретили вскрытие - вопреки позиции полиции.
Автор поясняет, что вскрытие требуется в рамках уголовного расследования, когда необходимо установить причину смерти как часть сбора доказательств. В ряде случаев без профессионального вскрытия, проводимого в Институте судебной медицины, невозможно исчерпывающе расследовать дело, получить доказательство и подать обвинительное заключение против лица, причинившего смерть - умышленно или по неосторожности.
Обозреватель ссылается на закон о расследовании причин смерти и закон об анатомии и патологии, согласно которым распоряжение о проведении вскрытия возможно лишь при наличии разумного основания полагать, что смерть наступила в результате преступления, халатности или пренебрежения. Судья обязан проверить, действительно ли в конкретном случае существует обоснованное подозрение неестественной смерти. Если такое подозрение имеется, судья должен далее определить, является ли процедура вскрытия необходимой для выяснения причины смерти. В случае Абутбуля, например, было очевидно, что смерть наступила в результате стрельбы и без проведения вскрытия.
Бывший председатель Верховного суда Дорит Бейниш ранее писала, что судья должен взвешивать с одной стороны общественный интерес в раскрытии преступлений и привлечении преступников к ответственности, а с другой - религиозные чувства, ценность достоинства умершего и чувства членов его семьи. В религиозном аспекте судья имела в виду то, что по еврейскому закону умершего необходимо предать земле как можно скорее и избегать так называемого надругательства над телом, то есть унижения тела покойного. В любом случае только семья умершего имеет право заявлять возражение в суде против вскрытия.
Это, как отмечает автор, далеко не первый случай, когда БАГАЦ (Высший суд справедливости) принимает петиции ЗАКА вопреки желанию полиции проводить вскрытие в рамках уголовных расследований.
Так, например, в 2022 году в Иерусалиме вспыхнули массовые протесты ультраортодоксов после того, как полиция потребовала провести вскрытие в рамках уголовного расследования по делу малыша, найденного без признаков жизни в своей комнате, при том, что на его теле были следы удушения.
Согласно установленным критериям, Верховный суд постановил, что для установления причины смерти вскрытие не требуется. Вскрытие не является единственным инструментом, находящимся в распоряжении Института судебной медицины, и в ряде случаев исследования МРТ и другие методы позволяют обойтись без него и избежать повреждения тела.
При этом не всегда судьи Верховного суда принимают позицию ЗАКА. Так, в 2018 году младенец утонул в джакузи в гостинице в Ашдоде. По версии матери, пока ее муж спал, она зашла с ребенком принять ванну, однако он выскользнул у нее из рук, наглотался воды и захлебнулся. Отец же утверждал, что спал в гостиничном номере и проснулся от стука матери своей жены в дверь. В это время его супруга находилась рядом с ним в комнате, и только тогда они заметили отсутствие младенца и начали его искать. Спустя несколько мгновений ребенка нашли плавающим в воде лицом вниз.
Поскольку, согласно версии отца, мать находилась в комнате, а не с младенцем в джакузи, в прокуратуре полагали, что существует высокая вероятность того, что она лишила жизни своего сына, либо как минимум не предприняла действий для его спасения или проявила халатность.
Интересы семьи в Верховном суде тогда представлял адвокат Итамар Бен-Гвир, ныне министр национальной безопасности. Верховный суд отклонил доводы ЗАКА и семьи, однако постановил, что во вскрытии должен участвовать врач от имени семьи и что в ходе процедуры будет определяться момент, когда необходимо ее остановить. В том деле против матери было подано обвинительное заключение, однако судебно-психиатрическая экспертиза пришла к выводу, что она неспособна отвечать за свои действия перед судом.