Иллюстрация
(Фото: Sorbis/shutterstock)
Имя Терри де Гинзбург (Terry de Gunzburg), возможно, знакомо не всем израильтянкам, однако ее люксовый косметический бренд By Terry хорошо известен по всему миру женщинам, следящим за своей внешностью. Ведь именно Терри несколько десятилетий назад, работая в доме моды Yves Saint Laurent, придумала Touche Éclat - знаменитый хайлайтер-карандаш YSL, который с тех пор неизменно считается одним из важных косметических средств для каждой женщины и одним из самых продаваемых продуктов в истории макияжа.
Основав позже свой собственный косметический бренд By Terry, Терри безустанно создает новые средства по уходу за кожей, декоративную косметику и парфюмерию. Сейчас товары этого бренда можно приобрести и в Израиле (в Factory 54 - Beauty в торговом центре "Биг Глилот" и онлайн). Однако, как выяснилось, Терри успела за эти годы совершить алию и живет в Израиле, иногда уезжая по делам в Европу. В один из своих приездов она согласилась дать интервью, которое опубликовал в среду, 1 июля, сайт Ynet.
- Получается, вы живете здесь инкогнито?
- Именно. Я всегда очень тщательно оберегаю свою частную жизнь. Для меня важно сохранять границу между личным и публичным. Сейчас мой дом здесь, в Израиле.
Терри рассказывает, что репатриировалась в страну еще 5 лет назад, однажды решив, что хочет просыпаться утром с видом на море. Ее семья построила дом в Герцлии, обратившись к архитектору Илану Пивко, и теперь жизнь здесь - сбывшаяся мечта. Каждое утро она, как в первый раз, восхищается красотой окружающих ее дом скал и моря, а вечерами любуется волшебными закатами.
При этом каждые три недели Терри ездит в Париж или Лондон ради работы. У нее большая семья - она второй раз в браке, ее муж ученый, у них на двоих много детей и внуков, но все праздники они отмечают здесь. Терри признается, что гордится тем, что живет в Израиле, и рассказывает, что намерена расширять свой бизнес по всему Ближнему Востоку.
- А как на вас повлияло 7 октября?
- С того дня появилось ощущение, что Израиль еще больше стал мне домом. Даже во время сирен и ракетных атак мы ни на секунду не думали уезжать. При всем росте антисемитизма я чувствую себя здесь гораздо безопаснее, чем где-либо еще в мире.
- Как обстоят дела с ивритом?
- Я учу язык. Хотя я росла в Израиле до 7 лет, мои родные языки - французский и английский. Я родилась в Египте, но мои родители были вынуждены уехать из Каира в 1957 году, когда к власти пришел Насер. Они успели отпраздновать мой первый день рождения, собрали вещи и уехали, когда в Каире начались бомбардировки. Поэтому я с детства привыкла к бомбардировкам и убежищам - это у меня в ДНК. В Израиле мы жили в Кирьят-Гате, и я проучилась в местной школе 2 года. С тех пор мой иврит так и остался на уровне маленького ребенка.
Будучи ученым, мой отец часто беседовал с Бен-Гурионом о политике. Именно он посоветовал отцу завершить докторскую степень (PhD) в Париже. Позже мой отец сделал много научных открытий, и мы остались там жить. Все это время наш дом в Кирьят-Гате ждал нас, и каждый год мы приезжали в Израиль и жили в нем, а потом снова уезжали. Родители обещали, что скоро мы вернемся сюда навсегда, но этого так и не произошло. Только я смогла сделать этот шаг.
- Вы тоже интересовались наукой, учились на медицинском факультете. Что привело вас в индустрию красоты?
- Воля случая. Мне не нравилось изучать медицину, зато нравилась наука. Если честно, мой мозг как будто разделен на две части: с одной стороны я очень рациональная, как ученый, с другой - крайне творческая и мыслю нестандартно, без ограничений.
Однажды во время летнего 4-недельного курса интенсивного обучения меня заметила сама Мария Карита - основательница Carita. Это уникальный центр красоты, позже ставший известным международным брендом.
Мария отправила меня делать макияж от ее имени для съемок журнала Vogue, хотя я не особо умела это делать. Она тогда мне сказала: "Никогда не говори, что не умеешь, пока не попробуешь". Она не побоялась впервые отправить меня на съемку для сентябрьского номера французского Vogue - самого престижного выпуска года, полностью посвященного от-кутюр.
Помню, что сделала тогда макияж, как умела: акцент на оттенок кожи, красная помада, идеальные ресницы и легкое сияние на щеках и подбородке. Так мой стиль стал моей визитной карточкой - без теней для глаз, поскольку я тогда просто еще не умела их хорошо наносить. То был сентябрьский номер французского Vogue - самый важный выпуск года, с лучшими дизайнерами, фотографами и редакторами.
Тогда у меня вдруг появилась какая-то уверенность в себе, даже дерзость. Я не только не прошляпилась, а наоборот - журнал был в восторге от моей работы, и меня стали приглашать снова и снова. В университет я так и не вернулась, стала визажистом. Что называется, немного таланта и немного удачи.
- Когда вы начали работать с Ивом Сен-Лораном?
- Я познакомилась с ним 10 лет спустя, в 1985 году. Его модный дом пригласил меня, чтобы я перезапустила их бьюти-линейку, сделав ее более интересной и соответствующей потребностям клиенток. До этого, честно говоря, их макияж был очень ярким и не слишком популярным, как и качество.
Моей задачей было перевести элегантность месье Сен-Лорана в его линию ухода и макияжа, создав более сложные и инновационные формулы. Я разработала для них много знаковой косметики, не только карандаш Touche Éclat. Среди прочего я создала первый в мире праймер, когда никто еще даже не знал, что это такое, а также первый хайлайтер для придания коже сияния.
Качество кожи - это главный секрет сияющей внешности. Благодаря секретной формуле продукты моего бренда делают кожу красивой и безупречной, подчеркивая ее естественную красоту и сияние.
Что касается Touche Éclat - это действительно уникальный продукт, который старались повторить многие косметические бренды, но безуспешно. Я сейчас воссоздаю его в своем бренде By Terry и скоро надеюсь запустить новое, собственное, поколение Touche Éclat.
- Почему бренд называется By Terry?
- Название By Terry не связано с моей англо-французской идентичностью, созданной из-за британско-французского влияния на Ближнем Востоке, хотя моя бабушка вообще была сирийкой. Просто именно так меня всегда указывали в модных журналах в кредитах: Carita by Terry или Yves Saint Laurent by Terry.
Я понимала, что не смогу работать под начальством кого-то другого в доме Yves Saint Laurent, когда месье Сен-Лоран уйдет на пенсию. У него было очень мало близких людей - только Альбер Эльбаз, Пьер Берже и я. И хотя Пьер Берже очень хотел, чтобы я осталась, но я ушла сразу после тяжело болевшего к тому времени Ив-Сен Лорана, а в 1998 году основала By Terry.
- Как это было?
- Мне хотелось создать новый концепт - абсолютную роскошь. Сначала я создавала макияж в стиле от-кутюр, только по индивидуальному заказу, работая с частными клиентами и предлагая им персональные продукты на основе лучших в мире ингредиентов.
Поскольку меня уже знали в индустрии благодаря работе с модными журналами, ко мне обращались клиенты буквально со всего мира, чтобы я подбирала им макияж индивидуально под их роскошные наряды.
Мне присылали эскизы модных коллекций, и я создавала под них индивидуальные образы. Тогда такого уровня качества просто не существовало. Очень быстро я поняла, что хочу создать и готовую косметическую линию для широкой публики - но на тех же принципах и с тем же бескомпромиссным качеством. Создание мирового бренда оказалось успешным.
- Кто ваши клиенты?
- Это и первые леди мировых лидеров, и актрисы, и модели. Но я работаю не для знаменитостей. Я хочу, чтобы каждая обычная женщина чувствовала себя звездой в своей жизни. С правильной тональной основой и консилером можно добиться именно этого - почувствовать уверенность и силу, стать главным игроком на арене.
- Вы рады тому, что ваш бренд теперь продается и в Израиле?
- Очень. Израильтяне умеют ценить люкс и действительно заслуживают лучшего. Здесь отлично разбираются в отелях, ресторанах и косметике. Для меня лично очень важно, чтобы бренд был успешным здесь. Я также хочу доказать своей команде, что я была права. Они считали, что Израиль - слишком маленький рынок с большими затратами времени, но меня это не волнует. Я верю, что у меня тут все получится.
- Что вас вдохновляет?
- Все, что меня окружает. Природа, пейзажи, еда и даже матча, которую я пью каждый день. Мы как раз сейчас запускаем уникальный продукт с матчей - это сочетание сыворотки, крема и бальзама в одном спреe. Это продукт изменит привычный уход за кожей. В Париже он уже пользуется огромным успехом.
Идею своего бронзера-спрея я тоже получила от чая - только темного. Это как автозагар, но в формате макияжа. Мы запустили его два года назад и успели продать уже целый миллион таких бронзеров.
- Бывают ли волнительные моменты в вашей жизни?
- Конечно. Меня просто переполняют эмоции, когда я вижу своих внуков. Даже больше, чем детей. У меня четверо детей и еще три дочери от предыдущего брака моего мужа, которых я люблю как своих. Вместе у нас 17 внуков.
- Как вам удается жить между тремя домами - в Герцлии, Париже и Лондоне?
- На самом деле, между четырьмя, ведь есть еще дом в Нью-Йорке - там живут несколько моих детей. Честно говоря, это непросто. Иногда, проснувшись утром, я спрашиваю мужа, где мы. Но такая жизнь очень интересная, пусть и не всегда удобная. Она заставляет меня чувствовать себя живой и спасает от скуки, возникающей от излишнего комфорта.
- Что делает женщину по-настоящему особенной?
- Должна быть не только внешняя красота, но и внутренняя. Настоящее сияние исходит всегда изнутри. Я не считаю иконами красоты супермоделей. В каждой женщине есть что-то красивое, что можно раскрыть.
- Завершите фразу: женщина не может быть совершенством без…
- Раньше я считала, что без помады. Теперь - без хорошего парфюмерного спрея. Хотя все равно я отдаю предпочтение помаде - нюдового оттенка или красной.
- Какой ваш главный совет по уходу за кожей?
- Ежедневное тщательное очищение хорошим средством и обязательное увлажнение и питание кожи. Ей нужны оба этапа, наподобие тому, как телу нужны вода и пища.
Конечно, обязательно солнцезащитный крем, особенно в Израиле. А вообще, я считаю, что чем меньше косметики - тем лучше. Я люблю, когда на коже нет плотного покрытия. А цвет помады и румян - это уже дело личного выбора.
- Посоветуйте, как пережить жаркое и влажное лето?
- Коже нужна надежная защита. Мой спрей с гиалуроновой кислотой помогает поправить любой макияж, если он "поплыл". Вся косметика моего бренда прекрасно переносит жару и влажность. А новые формулы я создала, когда сама стала мучиться от приливов в период менопаузы. Моя пудра содержит гиалуроновую кислоту и при нанесении превращается на коже в крем.
- Что бы вы взяли с собой на необитаемый остров?
- Бальзам для губ Baume de Rose, ведь его можно использовать где угодно - на губах, щеках и даже на сухой коже вокруг ногтей.
В сокращении. Подробности на иврите читайте здесь
Перевод: Анастасия Тадсон