Бывший заложник Гай Гильбоа-Далаль, который в ноябре 2025 года впервые рассказал о сексуальном насилии, пережитом в плену ХАМАСа, продолжает добиваться признания свидетельств бывших заложников. Как стало известно в четверг, 18 июня, его заявление прозвучало после того, как в ООН заявили, что рассказы переживших плен якобы невозможно проверить.
"Я чувствую, что у меня есть миссия поддержать женщин и мужчин, переживших сексуальное насилие. ООН - фальшивка. Они говорят, что не могут верить тому, что рассказываю я и другие заложники, побывавшие в Газе, хотя именно они должны нас защищать", — сказал он.
Накануне Международного дня борьбы с сексуальным насилием в условиях конфликтов, который отмечается 19 июня, Гильбоа-Далаль побеседовал с супругой президента Израиля Михаль Герцог.
"ООН закрывает глаза. Они делают вид, что этого не было. Многие люди, пережившие сексуальное насилие, предпочитают никому об этом не рассказывать. Я хочу, чтобы пострадавшие знали: они не одни. Это не вина жертвы", — подчеркнул он.
Во время беседы бывший заложник вновь подробно рассказал о пережитом в Газе.
"Это произошло за несколько дней до второго прекращения огня. Террорист, который нас охранял, был очень опасным человеком и относился к нам крайне плохо. Однажды он вошел в наш туннель, приказал мне идти за ним, завязал глаза и отвел в помещение, где находились другие террористы", - вспоминает Гай.
По словам Гильбоа-Далаля, боевик сказал, что собирается его допрашивать, и приказал раздеться: "Глаза у меня были завязаны. Я слышал, как он работает за компьютером, а потом он спросил: Ты давно не видел девушек, правда? Смотришь порно? Давай снимем вместе порнофильм".
Бывший заложник рассказал, что попытался отшутиться: "Я сказал ему: Ты ведь шутишь? Это запрещено исламом. Но он просто проигнорировал меня. Он встал позади меня и начал трогать все мое тело, целовать шею и спину. У меня не было никаких шансов. Я был слаб, а он сильный. Я замер и просто хотел, чтобы это закончилось. Я думал, что должен сопротивляться, но что я мог сделать?".
По его словам, затем террорист приставил нож к его горлу и приказал никому не рассказывать о случившемся.
Вернувшись в туннель к другим заложникам, Гильбоа-Далаль не смог рассказать им о произошедшем. В разговоре с Михаль Герцог он описал и второй эпизод издевательств.
"В такие моменты мозг просто отключается. Это казалось вечностью, хотя длилось около двадцати минут, - вспоминает Гай. - Каждая секунда ощущалась как вечность, и я не мог сопротивляться, даже если бы хотел. Когда все закончилось, он начал избивать меня, поднимать и бросать на пол. Играть со мной. Перед тем как отпустить обратно к остальным заложникам, он заставил меня сказать, что я люблю его. Мне пришлось это сделать".
По его словам, даже после возвращения он не смог рассказать другим заложникам о случившемся.
Михаль Герцог ответила, что речь идет о тяжелом и травматичном опыте для молодого человека, оказавшегося в ситуации полной беспомощности.
"Требуется огромное мужество, чтобы говорить об этом. Я верю, что наша обязанность — донести эту болезненную и шокирующую правду до всего мира. Спасибо вам за готовность и смелость сделать это", — сказала она.