Подросток с телефоном
(Фото: shutterstock)
Новое исследование показало, что более 85% несовершеннолетних в Австралии продолжили пользоваться социальными сетями даже после вступления в силу закона, запрещающего иметь аккаунты лицам младше 16 лет. Чаще всего подростки обходили ограничения, указывая ложную дату рождения. Однако главный вопрос, вероятно, заключается не в том, способны ли дети обмануть систему, а в том, может ли регулирование вообще победить технологию. О результатах эксперимента в Австралии пишет 30 июня Ynet.
Прошло полгода с момента вступления в силу беспрецедентного австралийского закона, запрещающего подросткам младше 16 лет иметь учетные записи в социальных сетях. Пока мировые СМИ поспешили объявить инициативу громким провалом, а сами дети открыто говорили, что для них практически ничего не изменилось, новое исследование, опубликованное в British Medical Journal, предоставило научное подтверждение ситуации на практике: запрет не работает так, как задумывалось.
Группа исследователей из Университета Ньюкасла наблюдала за сотнями подростков в возрасте от 12 до 16 лет в два периода - непосредственно перед вступлением закона в силу в декабре 2025 года и через три месяца после этого.
Результаты оказались однозначными: более 85% несовершеннолетних, не достигших разрешенного возраста, продолжили пользоваться заблокированными платформами, включая TikTok, X (ранее известную как Twitter), Facebook и Instagram. Подавляющее большинство делало это через собственные личные аккаунты.
Две трети участников исследования столкнулись с механизмами проверки возраста. При этом наиболее распространенным способом обхода ограничений оказалось простое указание неверной даты рождения.
Эти данные совпадают с официальными отчетами австралийской службы интернет-безопасности eSafety. Согласно им, около 70% детей сохранили активные профили в соцсетях и после введения нового правового режима.
Однако вопрос о том, удается ли детям обойти систему, вероятно, поставлен неверно. Ожидание, что один регуляторный запрет сможет за короткое время устранить социальное и технологическое явление, выглядит оторванным от реальности. У любой цифровой разработки существуют уязвимости, а австралийский закон изначально не задумывался как немедленное и универсальное решение. Его задача - оказывать длительное давление на технологические компании, которым в случае нарушений грозят штрафы до 50 миллионов австралийских долларов.
Некоторые эксперты считают, что логику этой политики следует оценивать в долгосрочной перспективе - по аналогии с мерами общественного здравоохранения по борьбе с курением.
Так, Великобритания приняла похожий подход в законе о табачных изделиях и вейпах, который предусматривает пожизненный запрет на продажу табачной продукции всем, кто родился с 2009 года и позднее. Цель состоит не в том, чтобы заставить нынешних курильщиков отказаться от привычки, а в формировании поколения, для которого курение не станет социальной нормой.
Вероятно, Австралия делает схожую ставку: если доступ к соцсетям будет достаточно долго ограничен, их влияние на детей может постепенно ослабнуть - так же, как со временем ослабло влияние сигарет.
►Почему сравнение с борьбой против курения не вполне работает
Однако это сравнение сталкивается с серьезными трудностями. Борьба с табаком строилась на ограничении цепочки поставок - высоких налогах, унифицированной упаковке и полном запрете рекламы.
Социальные сети, напротив, представляют собой "бесплатный", бесконечный продукт, психологически спроектированный для максимального вовлечения и формирования зависимости. Поведенческие нормы в интернете особенно устойчивы, а алгоритмы часто поощряют крайний, вызывающий и рискованный контент. Изменить такие привычки без постоянного давления, которое будет продолжаться годами, крайне трудно.
►Волна ограничений в разных странах
Австралия стала своего рода мировой испытательной площадкой, однако другие страны также быстро подключаются к тенденции и предлагают разные модели ограничений.
Великобритания продвигает аналогичный закон, который, как ожидается, вступит в силу в начале 2027 года. Франция установила более жесткий возрастной порог - 15 лет. Австрия планирует запретить доступ к соцсетям детям младше 14 лет. Норвегия рассматривает возможность повысить действующий минимальный возраст с 13 до 16 лет.
В США ситуация сложнее. Федеральные власти отстают из-за конституционной защиты свободы слова. Законодательные инициативы, в том числе Закон о безопасности детей в интернете - KOSA, были существенно смягчены: из них исключили ключевые положения об обязанности компаний обеспечивать безопасность пользователей.
В Израиле обсуждение возрастных ограничений в социальных сетях в основном остается на уровне общественных рекомендаций и локальных родительских инициатив. Местные попытки сосредоточены прежде всего на запрете смартфонов в школах - по образцу моделей, применяемых в Дании и Польше. Однако такие меры, как правило, принимаются на местном уровне, например в Тель-Авиве.
Кроме того, в стране действуют отдельные программы по цифровой грамотности. Организация "Революция внимания" запустила несколько пилотных проектов в школах центральной части Израиля, в том числе в Гиватаиме. Компания "Голубая шишка" уже несколько лет проводит семинары, цель которых - объединить родителей, образовательные учреждения и местные власти для формирования у детей и подростков навыков безопасного и осознанного поведения в цифровой среде.
►Запрет смартфонов в школах улучшает самочувствие, но не оценки
Определить, какой подход наиболее эффективен, пока сложно. Согласно масштабному исследованию Стэнфордского университета, опубликованному в апреле, в примерно 5 тысячах школ, где были введены ограничения на использование смартфонов, психологическое благополучие учеников заметно улучшилось.
В этих школах дети каждое утро сдавали телефоны в специальные шкафчики и получали их обратно только после окончания учебного дня. Доля учащихся, использовавших смартфоны в личных целях во время уроков, снизилась с 61% до 13% - примерно на 80%.
Однако переход оказался непростым. В первый год после введения фактического "бойкота" смартфонов число дисциплинарных нарушений и конфликтных ситуаций среди учеников выросло. Начиная со второго года ситуация стабилизировалась, а показатели психологического благополучия стали заметно улучшаться.
При этом тем, кто рассчитывал на значительный рост академической успеваемости, результаты могут показаться разочаровывающими: существенных изменений в учебных достижениях не выявили - ни в лучшую, ни в худшую сторону. Основной эффект оказался связан именно с психологическим состоянием детей.
►Непредвиденные последствия запретов
У законов подобного рода почти всегда возникают непредвиденные последствия. Например, когда Австралия в 1990-х годах ввела обязательное ношение велосипедных шлемов, немедленным результатом стало то, что люди стали меньше ездить на велосипедах.
В нынешней ситуации исследование показывает, что часть подростков уходит в фальшивые аккаунты, скрытый режим просмотра или зашифрованные мессенджеры, перемещаясь в менее прозрачные и хуже контролируемые уголки интернета.
Как и при других запретах, люди ищут альтернативные способы получить доступ к тому, что ограничено. В цифровой сфере это особенно легко для несовершеннолетних: доступ к сомнительным сервисам и обходным каналам часто требует лишь платежного средства или криптокошелька.
Пока неясно, насколько австралийский закон действительно снизит - или, напротив, изменит - степень вовлеченности молодого поколения в социальные сети и цифровые коммуникационные платформы. Однако нет сомнений, что социальные медиа в той или иной форме останутся частью жизни несовершеннолетних.
Существует слишком много доступных платформ, которые не подпадают под действие местного австралийского законодательства. Возможности Канберры контролировать и регулировать их в конечном счете ограничены, особенно с учетом того, что значительная часть общения сегодня происходит именно в цифровой среде.
И пока государство пытается решать проблемы XXI века инструментами, глубоко застрявшими в прошлом столетии, существенных перемен, вероятно, ждать не приходится.