Коронавирус и ваши права
Тони Ицхак

Анестезиолог начал душить роженицу во время кесарева сечения

Перед самым началом операции хирург понял, что женщина в сознании, и анестезиолог занервничал. Пострадавшая подала иск в суд

Ариэла Аялон, Ynet |
Опубликовано: 02.09.20 , 21:28
טוני יצחקטוני יצחק
Тони Ицхак
(Фото: Дана Копель)
45-летняя Тони Ицхак утверждает, что пережитая ею во время кесарева сечения душевная травма в корне изменила ее жизнь. Перед началом операции хирург обнаружил, что она не находится в состоянии общей анестезии. Как гласит поданный женщиной иск, анестезиолог стал нервничать из-за допущенной ошибки и начал давить ей на горло. Это известная медицинская процедура, но она применяется только к анестезированным пациентам. О том, как это отразилось на дальнейшей жизни женщины, рассказал в среду, 2 сентября, сайт Ynet.
"Я была уже на операционном столе, хирург уже взяла в руки скальпель и вдруг обнаружила, что меня не усыпили, – вспоминает Тони. – Хирург спросила анестезиолога, почему я в полном сознании. Он быстро подошел ко мне, положил обе руки на мою шею и надавил. Я начала задыхаться. Затем он попросил, чтобы принесли полотенца, положил их мне на затылок и отклонил мою голову назад. Мне никто ничего не объяснил, и я подумала, что меня убивают". С тех пор, по утверждению женщины, ее семейная жизнь пошла под откос.
"Я отправил в родильный зал одну женщину, а обратно получил другую, душевно травмированную", - говорит муж Тони. Супруги подали против больницы "Каплан" иск о врачебной халатности на сумму 2,5 млн шекелей. Тони, мать 5 детей, утверждает, что до описанного происшествия была активным, успешным и счастливым человеком. "Я держала популярный салон для невест и совмещала работу с уходом за 4 детьми. Справлялась со всем этим и наслаждалась жизнью", – вспоминает она.
Интересы пострадавшей защищает адвокат Адара Рот.
►Сильные боли
Когда Тони только ждала ребенка, ее беременность признали рискованной из-за ожирения и диабета беременных. "Меня стали готовить к родам путем кесарева сечения, назначили дату, но еще до ее наступления начались сильные боли в пояснице и схватки, появляющиеся и исчезающие. Я поняла, что малыш вот-вот появится на свет, поэтому позвонила мужу, и он отвез меня в больницу "Каплан", где вели мою беременность", – вспоминает она.
Обследование в приемном покое показало полное раскрытие шейки матки, а УЗИ - что плод находился в ягодичном предлежании. Медсестра спросила, какой вид анестезии Тони предпочитает. Она ответила, что общую, поскольку имела негативный опыт с эпидуральной анестезией. Это было записано в одном из журналов операционной.
"Меня положили на операционный стол, – рассказывает Тоня, – побрили волосы на теле, намазали живот полидином (средством дезинфекции), и я увидела, что ко мне приближается женщина со скальпелем, которая, как и медсестры, не представилась. Она сделала первый разрез для извлечения малыша и лишь после этого обнаружила, что я в полном сознании".
В исковом заявлении сказано: "После того как г-жа Ицхак дала согласие на кесарево сечение, она подписала соответствующий бланк, но ей не дали на подпись бланк согласия на анестезию. Ей не дали разъяснений по поводу связанных с анестезией рисков, не указали альтернативу, не рассказали о процессе пробуждения".
עו"ד אדרה רוטעו"ד אדרה רוט
Адвокат Адара Рот
(Фото: пресс-служба)
Эксперт по делу, анестезиолог проф. Габриэль Гурман написал в приложенном к иску заключении: "Операция кесарева сечения не является экстренной. У анестезиолога есть достаточно времени, чтобы дать роженице разъяснения и предоставить на подпись бланк согласия, чего не было сделано. В операционной отсутствовал контакт между хирургом и анестезиологом. Хирург крикнула анестезиологу, что роженица в сознании, он впал в панику и выполнил общепринятую и необходимую процедуру, которую делают уже после дачи анестезии – нажал двумя пальцами на горло роженицы для профилактики рвоты. Если пациент в сознании, такая процедура причиняет психическую травму".
Во время операции в трахею Тони ввели катетер, а также ввели анестетики в вену. "Из-за большого веса роженицы вещества не подействовали, и она частично находилась в сознании", – сказано в исковом заявлении. "Пациентка проснулась, когда катетер все еще находился в горле, – пишет проф. Гурман в заключении, – и это усилило ее первичную травму. Цепочка халатно проведенных процедур привела к психическому расстройству у истицы и повлияла на жизнь ее семьи".
Через несколько дней после родов Тони и малыша выписали. Женщина находилась в полной прострации. "Я лежала в постели, как зомби, и не хотела даже видеть малыша, – говорит она. – Мать и муж ухаживали за мной. Я не понимала, что со мной происходит. Ведь я рожала уже 4 раза, но никогда не была в таком состоянии. Ночью я просыпалась в холодном поту, мне снился пытающийся удушить меня анестезиолог. Из-за этих кошмаров я почти не спала, а днем была сонной и бессильной. Я оказалась не в силах ухаживать ни за собой, ни за семьей, и мне понадобилась сиделка. Со временем кошмары усилились, мне начал чудиться запах крови".
Согласно иску, Тони перестала ухаживать за собой и за домом и стала страдать вспышками гнева. Она обрушивалась с криками ярости на мужа и детей, а порой просто отключалась от происходящего. "Мои бедные дети, – говорит она с болью. – Из заботливой матери я превратилась в орущее чудовище".
Семейный врач направил ее в клинику психического здоровья при психиатрической больнице в Беэр-Якове. Эксперт-психиатр д-р Хилель Манаим написал в заключении: "Действия медиков были неправильными и неприемлемыми. Персонал должен был проинформировать женщину о том, что будет происходить в ходе родов, и дать ей возможность получить лечение, которое помогло бы справиться с развившимся нарушением. От пациентки скрыли происшествие и не дали его осмыслить – и она стала жертвой халатности анестезиолога. В результате у нее нарушилась функциональность – супружеская, материнская, социальная и экономическая".
Сейчас Тони получает психиатрические препараты и медицинский каннабис, но это слабо помогает. "Я выхожу из дома только с сопровождающими, – говорит она. – Входя в любое помещение, я сразу ищу окна или двери, через которые можно сбежать оттуда. У меня всегда надета резинка на палец – на случай приступа тревожности, флэшбэков (патологических воспоминаний) или блэкаутов (отключения от реальности). При помощи резинки я причиняю себе боль, чтобы прийти в себя. Можно ли называть это жизнью?"
По утверждению адвоката Рот, халатные действия персонала привели к тому, что у здоровой и активной женщины развилось пожизненное психическое расстройство.
Ответ больницы "Каплан": "Мы до сих пор не получили исковое заявление. По его получении мы изучим его и дадим ответ суду".
Подробности на иврите читайте здесь


Перевод: Даниэль Штайсслингер
0 - обсуждения статьи