2 Еще фото
Офер Мошкович. На месте обстрела в кибуце Мисгав-Ам
(Фото: Эфи Шарир, оперативная съемка МАДА)
Армия обороны Израиля проверяет подозрения, что житель кибуца Мисгав-Ам в Верхней Галилее - 60-летний Офер Мошкович - погиб от огня ЦАХАЛа, а не вследствие обстрела из Ливана террористами Хизбаллы. Напомним, что он погиб утром в воскресенье, 22 марта, выехав на работу, в результате прямого попадания снаряда в его автомобиль.
(Публикуется в соответствии с п. 27 алеф Закона об авторских правах)
И хотя Хизбалла взяла на себя ответственность за обстрел Галилеи, назвав его "актом защиты народа Ливана", в израильской армии возникло подозрение, что Мошкович мог быть поражен снарядом, выпущенным из израильской батареи. Эта версия рассматривается наряду с другими направлениями расследования.
В официальном заявлении пресс-службы ЦАХАЛа говорится: "Армия проводит расследование с участием всех соответствующих структур в связи с обстрелом района Мисгав-Ам сегодня утром, в результате которого погиб израильский гражданин. Проверяется возможность того, что речь идет о дружественном огне. ЦАХАЛ выражает соболезнования семье в это трудное время и поддерживает прямую связь с кибуцем".
В кибуце сообщили: "Община Мисгав-Ам скорбит и оплакивает уход Офера (Пушко) Мошковича, нашего товарища. Пушко - это голос, фермер, друг, символ и наследие для всех нас. На протяжении многих лет он был нашим ярким представителем. Мы выражаем искренние соболезнования его семье и всей общине. Галилея уже не будет прежней без него. Да будет благословенна его память".
Офер Мошкович оставил после себя трех дочерей и двух внуков. Секретариат кибуца Мисгав-Ам выразил соболезнования семье и пообещал оказать его родным всю необходимую помощь. В сообщении, распространенном кибуцем, сказано: "Офер был нашим пресс-секретарем и другом, фермером, символом нашего наследия. На протяжении многих лет он был голосом кибуца. Без него Галилея никогда не будет прежней".
Мошкович часто давал интервью СМИ, рассказывая о ситуации в сфере безопасности, и постоянно подчеркивал важность сохранения сельского хозяйства в приграничных районах севера. Он говорил о сожженных при обстрелах деревьях и обработке плантаций и полей под огнем.
За два дня до смерти, 20 марта, выступая в эфире "Радио Хайфа", Офер сказал: "Это русская рулетка - на меня в любую минуту может упасть ракета или беспилотник. Когда начинается очередная операция в Ливане, я всегда говорю - пусть она продолжается полгода, главное, чтобы она стала последней. Если ради этого придется дойти до Турции - значит, нужно дойти. Главное, чтобы у меня дома было тихо. Хочу, чтобы мой младший внук, родившийся на этой неделе, мог спокойно сидеть на нашей веранде, ничего не боясь".
Комментируя высказывания политического и военного руководства о тяжелом ущербе, который понесла Хизбалла после операций "Северные стрелы" и "Народ - лев", Мошкович сказал: "Я не сержусь на них. Просто разочарован. Меня разочаровали те, на кого я должен полагаться. Это они говорили мне в лицо: "Хизбаллы больше нет", "Угрозы не существует". А ведь на следующий день после прекращения огня в Ливане я своими глазами видел, как на той стороне границы останавливается машина, из нее выходят четверо в черном и водружают флаг Хизбаллы".
"Я столько раз говорил себе, что нужно дать шанс на урегулирование, - продолжил Мошкович. - Нам столько всего обещали, но ничего не исполнили. Нам нужна тишина. Мы любим нашу страну, Галилея - это наша жизнь. Пусть к нам наконец-то начнут относиться как к равным".
Ранее, в июле 2025 года, Офер Мошкович, вернувшийся в Мисгав-Ам из эвакуации, рассказал корреспонденту Ynet о возрождении плантации авокадо. "Это как роды, - сказал он тогда, - сердце бьется сильнее. После безумия, которое мы пережили, наступила долгожданная тишина. Я встал в полчетвертого утра, чтобы принять саженцы. Сейчас смотрю на рабочих из Таиланда, которые начали высаживать деревца, как на чудо".