Правда в этой истории могла бы никогда не всплыть наружу, если бы не настойчивость внуков, обиженных за своего умершего от рака отца. Он был вторым, младшим сыном в семье и остался без наследства из-за хитрости старшего брата. Эту почти библейскую историю рассказал в пятницу, 6 декабря, адвокат Ури Цфат в статье на сайте Ynet.
Понадобилось два суда, чтобы истина выплыла наружу.
А началась эта история в 2015 году, со смерти пожилой женщины, матери двух взрослых сыновей.
За пять лет до кончины, в 85-летнем возрасте, она подписала завещание, оставив все имущество старшему сыну, который проживал в ее квартире.
Завещание, составленное неизвестно кем, было подписано двумя свидетельницами - подругами его тогдашней жены. Подписали они его на кухне, второпях, всего за несколько минут.
Через некоторое время после смерти матери скончался от онкозаболевания младший сын. И тогда старший через 3 года после ее смерти потребовал осуществить завещание.
Однако дети брата воспротивились. Они заявили, что бабушка никак не могла написать завещание, потому что к этому моменту страдала деменцией. Они также рассказали, что старший сын запугивал мать и угрожал, что она окажется на улице, если не подпишет документ.
Внуки подали протест в суд по семейным делам, требуя отменить завещание. Туда был вызван сын, тут же заявивший, что мать-де составила завещание по собственной доброй воле, и он ни во что не вмешивался. Суд принял его версию, отклонил протест внуков и распорядился взыскать с них 70.000 шекелей на оплату судебных издержек.
Возмущенные такой несправедливость внуки обратились в окружной суд.
Окружной суд Тель-Авива внимательно изучил дело. Судьи Шауль Шохат, Эйнат Равид и Нафтали Шило пришли к выводу, что записи разговоров с покойной и множество дополнительных свидетельств указывают, что завещание отражало не ее волю, а желание старшего сына. И что именно он давил на больную мать, завладел ее домом и вынудил исключить из числа наследников младшего сына и внуков.
Как рассказывает в своей статье адвокат Ури Цфат, судья Равид написала: "Это один из тех исключительных случаев, в которых нет альтернативы вмешательству в решение нижестоящего суда, поскольку представленные истцами свидетельства явно противоречат этому решению".
Суд пришел к выводу, что записи разговоров покойной с женой старшего сына наводят на мысль, что он причастен к составлению завещания, оказывал влияние на мать и злоупотреблял ее зависимостью от него.
Из слов покойной явно следует: старший сын угрожал матери, что она лишится квартиры, если завещает ее младшему сыну, обремененному долгами. Мать в этих записях возражала, что очень любит "младшего мальчика", не хочет "так с ним поступать" и вообще не понимает смысл документа, который ее заставляют подписывать.
Судья также отметила, что завещание было отпечатано на компьютере, а покойная не умела им пользоваться. Настораживал и тот факт, что свидетельницами оказались подруги жены старшего сына, которые пришли, по их словам, всего на пару минут, чтобы поставить подписи.
От внимания судей не скрылось и то, что сразу после постановки диагноза деменции старший сын заставил мать подписаться под бумагой, запрещающей ей совершать сделки с квартирой без его разрешения. На этом основании судья Нафтали Шило пришел к выводу, что завещание не отражало волю покойной, а было составлено и навязано старшим сыном.
Заместитель председателя суда Шауль Шохат присоединился к мнению коллег и постановил аннулировать завещание и разделить имущество покойной согласно положению о наследовании ("цав ируша").
Старшего сына обязали вернуть истцам издержки, взысканные судом по семейным делам, и оплатить их расходы в размере 40.000 шекелей.
Подробности на иврите
Перевод: Даниэль Штайсслингер