Меню
Фото: Кнаан Липшиц, JTA
Еврейская община Приднестровья исчезает под памятниками Ленину и Сталину
Жители самого бедного уголка Европы бегут от нищеты: одни в Израиль, другие - в Молдову

Евреи из Тирасполя в Кишиневской синагоге. Фото: Кнаан Липшиц (Photo: Cnaan Liphshiz )
Евреи из Тирасполя в Кишиневской синагоге. Фото: Кнаан Липшиц

Тем, кого судьба заносит в Приднестровье - на узкую полоску земли между Украиной и Молдовой - кажется, что Советский Союз никуда не исчез. Время словно остановилось - а может, повернуло вспять.

 

В Тирасполе, столице непризнанной республики, на самом видном месте красуется монумент с лозунгом "Вся власть советам!", на площадях стоят памятники Ленину и Сталину. Приднестровье - единственное в мире государство, официальным символом которого остаются скрещенные серп и молот.

 

Повсюду можно увидеть солдат российской армии. Россия использует Приднестровье, отделившееся от Молдовы в 1993 году, как плацдарм на западном рубеже Украины.

 

"Я как будто совершила путешествие на машине времени", - говорит Лариса Привальская, ученая-еврейка из Москвы, которая приехала в Тирасполь, чтобы изучить историю одного из видных раввинов.

 

Тем, кто не пожалел времени и сил на получение визы в Приднестровскую Молдавскую Республику (ПМР - так официально именуется это заколдованное место), гарантированы незабываемые ощущения. Но тем, кто там живет, - а это 458.000 человек - приходится нелегко.

 

Приднестровье - самый бедный район в Европе. Зарплата в 300 долларов считается там более чем приличной. С 1993 года население края уменьшилось на треть. А объявление независимости ПМР раскололо надвое общину молдавских евреев.

 

До распада СССР в Тирасполе действовали 11 синагог. Сегодня - лишь одна. Всю еврейскую молодежь можно пересчитать по пальцам: в городе не больше десятка детей и подростков Моисеевой веры.

 

Серьезных проявлений антисемитизма в Приднестровье нет, на свободу отправления религиозных культов никто не покушается, но большинство евреев мечтают уехать. По самой прозаичной причине: даже в соседней Молдове зарплата вдвое выше, чем в ПМР.

 

"Община умирает на наших глазах", - говорит Евгений Брик, директор Института иудаики Молдовы.

 

Исчезающая община

 

Муся Ефимова, пенсионерка из Тирасполя, в прошлом врач-стоматолог, рассказала, что получает в месяц всего 70 долларов. Памятники советской эпохи она считает символами ностальгии по лучшим временам.

 

26-летний Федор Кушнир работает учителем в одной из тираспольских школ. Зарабатывает 200 долларов в месяц. Ему положено бесплатное жилье, но комнату выделили в таком районе, откуда на работу добираться долго и трудно. Такой вот социализм.

 

"Мы уже несколько раз планировали репатриироваться в Израиль, - признается Федор, - но всякий раз происходило нечто такое, что срывало все наши планы".

 

Марина Едакова, 32-летняя еврейка из Бендер, психолог по специальности, утверждает, что 200-долларовой зарплаты еле хватает на жизнь. Почти все товары в Приднестровье - импортные.

 

"У нас неофициальный комендантский час, после девяти часов вечера все закрывается", - говорит Марина, которая готовится выйти замуж и уехать из ПМР сразу после свадьбы.

 

По данным переписи 1930 года, половина жителей Бендер говорила на идише. Это был язык межнационального общения, им владели тысячи неевреев, которым приходилось работать или вести дела с представителями общины. Но большинство евреев в Бендерах погибли в Катастрофе, и сегодня из 12 синагог города не работает ни одна.

 

В других городах Приднестровья - например, в Рыбнице - не осталось ни одного еврея. А ведь там жил знаменитый хасидский раввин Хаим-Занвл Абрамович (Рыбницкий ребе), строго соблюдавший заповеди даже при сталинском режиме. Он умер в США в 1995 году.

Раввин Шмуэль Залманов в синагоге "Альт Шул" в Кишиневе. Фото: Кнаан Липшиц (Photo: Cnaan Liphshiz )
Раввин Шмуэль Залманов в синагоге "Альт Шул" в Кишиневе. Фото: Кнаан Липшиц
 

В Молдове еврейская жизнь еще теплится - не в последнюю очередь благодаря сотням приднестровских евреев, перебравшихся на другую сторону границы. В Кишиневе действуют четыре синагоги, а еврейская община насчитывает 3500 человек.

 

Для Хаима Чеслера, создателя программы "Лимуд", угасание еврейских общин по обе стороны Днестра - лишь стимул для проведения образовательных мероприятий.

 

"Говорят, что вкладывать силы в умирающие общины бессмысленно, но я думаю иначе: здесь у нас есть возможность охватить и увлечь всех евреев - до последнего человека", - сказал Чеслер.

 

А из ПМР уезжают не только евреи, и это заметно невооруженным глазом. На набережной в Тирасполе стоят некогда престижные дома, давно покинутые жителями.

 

"Социализм закончился, а капитализм так и не начался, и мы оказались где-то посередине", - сказала Анастасия, молодая жительница Тирасполя, приехавшая сфотографироваться на набережной вместе со своим женихом Виталием.

 

Молодые люди справляют свадьбу: ни гостей, ни свидетелей. Только фотограф и мама Анастасии. В чем дело?

 

Виталий объяснил, почему нет гостей: все друзья молодой пары в последние годы уехали работать за границу. Но невеста не теряет оптимизма. "Когда-нибудь здесь будет новая Швейцария", - сказала Анастасия.

 

Читать подробнее на иврите и английском

 

 

Самое интересное