Меню
Шади Халуль
Шади Халуль: христианин и бывший десантник объяснил, почему идет в кнессет с "русскими"
Община арамейцев-христиан - одна из самых древних на Святой земле. Ее лидер рассказал в интервью "Вестям", что их роднит с евреями и разделяет с арабами, и в чем он согласен с Либерманом

Шади Халуль
Шади Халуль

"Я патриот Израиля!" - так начал разговор с журналистом "Вестей" глава Форума за призыв христианской молодежи в ЦАХАЛ, депутат местного совета Гуш-Халав Шади Халуль. Сейчас он готовится войти в большую политику: Халуль баллотируется в кнессет.

 

Ему 43 года, он прошел службу в ЦАХАЛе в десантных войсках. Полтора года прослужил в Южном Ливане. После демобилизации поехал учиться в США, где получил первую степень по бизнес-менеджменту. Сегодня проходит резервистскую службу в звании капитана ЦАХАЛа. Женат на репатриантке по имени Оксана, растит сына.

 

Он - христианин арамейского происхождения, и жизнь его общины совсем не проста. 

 

"Мы, арамеи, живем здесь испокон веков и очень привязаны к этой земле. С евреями у нас общие корни и общая судьба, даже язык и тот общий. Израиль служит и нашим интересам, охраняет нас. Чем сильнее еврейская страна - тем увереннее мы чувствуем себя на этой земле", - говорит он.  

 

Шади Халуль идет в кнессет в составе партии НДИ, он занимает 11 место в предвыборном списке. Но почему арамеец-христианин выбрал партию, которая у многих ассоциируется с "русским голосом"?

Шади Халуль
Шади Халуль
 

Впервые арамеи упоминаются в исторических документах в середине III тысячелетия до нашей эры. На рубеже XII-XI веков до н. э. кочевые народы, в их числе и арамеи, наводнили почти всю Переднюю Азию, где арамейский язык был основным разговорным в начале нашей эры.

 

Арамейский, который долгое время считался если не мертвым, то исключительно книжным языком, подобно ивриту, бережно сохраняется в арамейских семьях в Израиле, где общаются между собой на уникальном древнем языке, который является таким важным и для евреев.

 

- Мы выступаем за службу арамейцев в ЦАХАЛе. Я сам капитан запаса, служил в армии с 1993 по 1998 год и горжусь этим. Мы поощряем нашу молодежь к интеграции в израильское общество.

 

- Как ваш израильский патриотизм сочетается со стремлением к культурной и этнической независимости?

 

- Я патриот Израиля, параллельно не забывающий о своих корнях. Несколько лет назад мы добились, чтобы МВД указывало арамейскую национальность в удостоверениях личности, для нас это была настоящая победа. Кстати говоря, первым арамеем с соответствующей записью в "теудат-зеут" стал мой сын.

 

- Арабские соседи и арабские партии, насколько я знаю, восприняли вашу деятельность в штыки?

 

- Мусульмане пытаются сделать

все возможное, чтобы унизить нас и наше стремление к интеграции. Было много конфликтов. Они угрожали нашим солдатам и офицерам, преследовали их. Тогда мы поняли, что мусульмане будут и далее продолжать на нас нападать - до тех пор, пока мы не научимся защищаться. Причем не только на бытовом, но и на государственном уровне. Именно тогда мы организовали лобби в кнессете и обратились за поддержкой ко всем сионистским партиям. Тогда же и начались контакты с Либерманом, который возглавлял в то время МИД.

 

- Либерман и НДИ - сторонники Закона о национальном характере государства. Насколько мне известно, большинство нееврейских народностей, проживающих в Израиле, были очень недовольны его утверждением. Ваше мнение?

 

- Я поддерживаю этот закон. Мы живем в еврейской стране и рады этому. Поэтому я хочу, чтобы Израиль продолжил оставаться еврейским государством. Мне важно, чтобы этой страной руководили евреи, превращая Израиль в мощную и уверенную в себе страну.

 

- Идея "государства всех граждан" вас не привлекает?

 

- Я против - и на историческом примере поясню почему. Марониты, которые стояли у истоков создания Ливана, когда-то были большинством в своей стране. Они могли создать мононациональное государство, но предпочли сформировать государство всех граждан. И это было фатальной ошибкой. Потому что ливанские мусульмане более всего желали воссоединиться со своими братьями из Сирии, при этом их не интересовали права арамейского и маронитского населения.

 

В конце концов большинство христианского населения Ливана было вынуждено покинуть страну. А Ливан превратился в опорный пункт Хизбаллы и стал исключительно мусульманским государством с незначительной примесью других народностей. Вот результат попытки создания государства для всех граждан на Ближнем Востоке.

 

- А в Израиле?

 

- Здесь многие не понимают, что противостояние евреев и мусульман - это точное повторение ливанского конфликта. Именно поэтому мы предупреждаем всех, кто готов нас слушать: если здесь будет построено государство всех граждан, мы потеряем контроль над происходящим. Нам и сейчас нелегко, но может быть и гораздо хуже. Поверьте, вы просто не представляете себе, что происходит на периферии, в арабских городах: насилие, грабежи, воровство. Государство не делает ничего для прекращения насилия в этих городах. Вот это предвестник того, что может произойти, если здесь возникнет государство всех граждан.

 

Однако стремление к национальному характеру страны должно сопровождаться гражданским равноправием, и к этому нужно стремиться. Но здесь нужно провести четкое разделение: мы за гражданские права для всех, но национальный характер при этом должен оставаться еврейским. Я поддерживаю идею о том, что право на возвращение должно быть только у еврейского населения - не хочу видеть переселяющимися сюда всех христиан Сирии и Ливана.

 

- Чем арамейский вариант христианства отличается от традиционных и более известных течений в современном христианстве?

 

- Арамеи относятся к восточному направлению христианства, корни которого - в иудаизме. Поэтому в наших религиях есть немало смежных моментов. У нас с евреями во многом общая судьба. Оба наших народа преследовали, когда здесь находились византийцы, когда мусульмане захватили здесь власть. После этого были мамлюки, турки - врагов у наших народов хватало.

 

Наша религия происходит из антиохийского направления. По преданию, эта церковь основана около 37 года н. э. в Антиохии апостолами Петром и Павлом, и она объединяет в себе все православные епархии на Ближнем Востоке.

 

Мы молимся на арамейском языке, том же арамейском, на котором написаны Гемара и Талмуд. Но арамейский у нас используется и в качестве повседневного языка. Правда, не везде, но мы к этому стремимся. За рубежом есть детские сады и школы, где обучение проходит только на арамейском.

 

- Как живет современная арамейская община в Израиле?

 

- Среди нашего населения много людей с высшим образованием, немало врачей, интеллектуалов. Но государство часто отмахивается от наших проблем. Например - от проблемы с образованием, когда все наши 46 приходских школ относятся к арабскому отделу в министерстве просвещения и нам навязывают совершенно чуждую нам мусульманскую учебную программу, где часть учебного материала открыто оскорбляет и унижает нашу культуру.

 

Обращаться нам часто не к кому - не в арабские же партии идти за помощью. Для Аймана Уды я являюсь полной антитезой всему, во что он верит. Они выступают за сепаратизм и автономию, я заинтересован в интеграции в общество. Их интересуют проблемы палестинцев гораздо больше, чем жизнь их собратьев в Израиле.

 

Именно поэтому даже название партии Либермана наиболее полно отражает мои стремления на этой земле. Израиль - это мой дом, это наш общий дом с евреями. У меня действительно нет другой земли, а мне другой и не надо.

 

 

 

Самое интересное