Меню
Доктор Надежда Голдовски. Фото: Алекс Коломойски
Репатриантка из Украины управляет атомными часами Израиля, самыми точными в мире
Доктор Надежда Голдовски участвует в определении эталона всемирного времени. Во всем мире таких специалистов - не более сотни, в Израиле - единицы. Интервью "Вестей"

Фото: Алекс Коломойски
Фото: Алекс Коломойски
 

Израиль славится своими высокими технологиями, но мало кто знает, что еврейское государство участвует в определении мирового эталона времени - UCT (Universal Coordinated Time). Происходит это благодаря атомным часам в уникальной лаборатории в Иерусалиме.  А руководит ими репатриантка из Украины доктор Надежда Голдовски.

 

"Вести" побывали в лаборатории и побеседовали с хранителем израильского времени.

 

Фото: Алекс Коломойски
Фото: Алекс Коломойски

Мы приезжаем в Иерусалим жарким летним днем и встречаемся с Надеждой Голдовски в вестибюле. Перед интервью мы выяснили, что будем беседовать с доктором физики, специалистом по квантовой электронике с мировым именем. Навстречу нам вышла миниатюрная смешливая женщина. Это и была доктор Голдовски.

 

Ее рабочий кабинет увешан дипломами, грамотами, фотографиями со знаменитыми учеными. На Надежде лежит огромная ответственность:

она отвечает за атомные часы Израиля, с которыми сверяются армия, оборонные предприятия, навигационные системы, больницы, биржа, Электрическая компания и многие другие.

Доктор Голдовски и атомные часы. Фото: Алекс Коломойски
Доктор Голдовски и атомные часы. Фото: Алекс Коломойски
 

Мы проходим по длинным безлюдным коридорам. У каждой двери Надежда проводит служебную карточку, так как все помещения строго охраняются. И вот мы попадаем в комнату, где находятся атомные часы. На вид это обычный технический шкаф с кнопками и мониторами.

 

- Атомные часы дают самые точные показания, которые используются во всех сферах жизни страны - начиная от навигации и безопасности до синхронизации компьютеров, мобильных телефонов и телекоммуникаций, - объясняет доктор Голдовски. - Сегодня, когда все сферы нашей жизни компьютеризованы, без атомных часов обойтись невозможно.

Фото: Алекс Коломойски
Фото: Алекс Коломойски
 

- Существуют несколько спутниковых систем, использующих атомные часы на орбите: это американская GPS, российская ГЛОНАСС и европейская система "Галилео". На каждом спутнике этих систем установлены атомные часы. Как правило, это миниатюрные рубидиевые часы, и они менее точные, чем наши, наземные. Все данные этих часов передаются на Землю и обрабатываются в 75 лабораториях по всему миру, которые участвуют в определении универсального точного времени.

 

Израиль располагает четырьмя атомными часами, и все они участвуют в формировании международного стандарта времени. Всего таких часов в мире около 500, расположены они в разных странах, а их данные поступают на сервер в Париже и обрабатываются в Международном институте мер и весов. На основании этих показателей осуществляется коррекция атомных часов и других координационных систем.

 

- А может случиться, что все атомные часы одновременно выйдут из строя - например, в результате хакерской атаки? 

 

- Хакерам периодически удается навредить, но в основном речь идет об атаках на навигационные системы - например, в районах аэропортов, как это произошло недавно в Бен-Гурионе. В этих ситуациях блокируются сигналы, поступающие со спутниковых систем - и тогда важность наземных систем возрастает многократно.

Атомные часы. Фото: Алекс Коломойски
Атомные часы. Фото: Алекс Коломойски
 

- Говорят, самые точные в мире - швейцарские часы, а из ваших слов выходит, что атомные?

 

- Если говорить об эталоне точного времени - то атомные, разумеется, во много раз точнее. Знаете, в США даже производят миниатюрные атомные часы для личного пользования - например, наручные. В этом, конечно, нет никакой практической необходимости, но зато человеку приятно: у него часы точнее швейцарских.

 

На работу атомных часов влияют разные факторы, в том числе температура: в иерусалимской лаборатории, к примеру, поддерживается температура 21 градус, чтобы показатели были максимально точными. Эксплуатация атомных часов имеет ограниченный срок - для цезиевых, самых распространенных, это всего 7 лет.

 

- Что происходит, когда атомные часы нужно менять?

 

- Их выводят из эксплуатации, заменяют нужные элементы и снова подключают. Поэтому очень важно иметь группу часов, а не одни и даже не пару. Только так можно обеспечить стабильность и точность показаний.

 

"Мне говорили, что в Израиле я останусь без работы"

 

Надежда Голдовски родилась в Ужгороде. Образование получала в Ужгородском университете на факультете квантовой электроники. Аспирантуру заканчивала в Ленинграде, там же получила степень доктора физических наук.

 

- Сразу после окончания учебы, в 1980 году, я начала работать в Научно-исследовательском институте физических и

радиотехнических измерений, - рассказывает доктор Голдовски. - Центральное отделение института находилось в Москве, а филиалы - в союзных республиках, в том числе в моем родном Ужгороде, где были установлены вторичные эталоны времени и частоты с атомными часами. Мои научные статьи об атомных стандартах частоты публиковались в советских журналах. Но их переводили и в США, поскольку это было передовым направлением науки. На мои статьи ссылались специалисты Национального института стандартов США. Уже в 1980-х и в США, и в СССР были системы хранения точного времени на основе атомных часов.

 

В 1999 году семья Голдовских репатриировалась в Израиль. Все знакомые поспешили заверить их, что найти работу по специальности не удастся. Муж Надежды, тоже физик, сказал: ну что ж, придется переквалифицироваться.

 

- Мы оба специализируемся в довольно узких областях физики и понимали, что в новой стране с любимым делом придется расстаться. Действительно - сколько специалистов по эталонам времени нужно в такой маленькой стране, как Израиль? - вспоминает Надежда. - Но, к нашему изумлению, и я, и муж нашли работу практически сразу. Министерство абсорбции разослало наши резюме, и через считанные месяцы ко мне обратились из Национальной физической лаборатории. 

Фото: Алекс Коломойски
Фото: Алекс Коломойски
 

- Отсутствие иврита не стало проблемой?

 

- Нет, терминология в нашей сфере - международная, поэтому языковой проблемы не было вовсе. Я приступила к работе сразу после репатриации, в начале 2000 года. А муж устроился в фирму по производству рубидиевых атомных часов для оборонных нужд. Было время, когда нас с ним даже называли "семейным подрядом", потому что я тестировала продукцию этой фирмы на точность у себя в лаборатории.

 

- Скажите, Надя, а эта работа - опасная? Ведь все мы знаем, как пострадали атомщики, скажем, в Чернобыле.

 

- Видите ли, эта работа прежде всего - ответственная, потому что мы имеем дело с химическими элементами. Но опасной я бы ее не назвала: в атомных часах используются нерадиоактивные изотопы, такие как цезий, рубидий и другие.

 

По словам доктора Голдовски, ее работа требует постоянного повышения квалификации - технологии развиваются стремительно, и нужно не только изучать новые системы, но и участвовать в их разработке.

 

Голдовски с атомными часами. Фото: Алекс Коломойски
Голдовски с атомными часами. Фото: Алекс Коломойски

Надежда Голдовски и сама сделала открытие. Еще в 1980-х она проводила исследования с целью проверки дополнительных элементов таблицы Менделеева, которые можно использовать для определения эталонов точности в атомных часах. И выяснила, что для этих целей подходят эрбий и ртуть. "В 1990-х моя статья была опубликована в США, а сегодня в мире есть атомные часы на эрбии и ртути, и используют их в Германии, Японии и других странах", - объясняет она.

 

По ее словам, хранитель точного времени обязан отлично знать квантовую физику, электронику, химию, радиоэлектронику и много других наук. "Специальность у нас узкая, а спектр знаний должен быть широким, и его нужно постоянно расширять", - говорит Надежда.

 

- Много ли специалистов вашего уровня в Израиле и в мире?

 

- В Израиле - по пальцам пересчитать. В мире - около ста. Мы встречаемся на профессиональных конференциях, обмениваемся опытом, но в целом это очень узкая сфера. Когда  я начала работать в израильской лаборатории, здесь были еще несколько сотрудников, но с 2004 года я работаю здесь фактически одна. Заменила все устаревшее оборудование и слежу, чтобы мы сохраняли самый высокий уровень, соответствующий мировым стандартам.

 

- Вас не пытались переманить другие государства?

 

- Предложения поступают из разных стран. Но я люблю свою работу - и свою страну.

 

 

 

Самое интересное