Меню
Карина Аракелова. Фото предоставлено семьей
"Пусть отправляется в российский приют": МВД пытается разлучить репатриантку с сестрой-инвалидом
Марина Кузнецова из Ашдода не просит у государства ни пособия на сестру, ни медстраховки, а только право дожить отпущенные годы с семьей

Марина Кузнецова с сестрой Кариной. Фото предоставлено семьей
Марина Кузнецова с сестрой Кариной. Фото предоставлено семьей
57-летняя Марина Кузнецова подает старшей сестре обед, гладит по голове и успокаивает: "Я тут, я не уйду, не беспокойся". В феврале израильский суд примет решение по апелляции семьи на указание МВД о депортации инвалида. 

 

60-летняя Карина Аракелова с детства страдает умственной отсталостью. Марина признается, что у ее сестры разум двухлетнего ребенка. Карина всему верит, очень привязана к близким,  а еще нуждается в постоянной помощи. Например, всю еду ей нужно мелко крошить.  

 

- Я приехала в Израиль в 1991 году с мужем-евреем и двумя детьми. На бывшей родине у меня остались родители и старшая сестра, - рассказала Марина Кузнецова "Вестям". - Мы с Кариной родились в Баку, наш папа армянин, а мама русская. При развале СССР эмигрировать пришлось всей семье: мои родители с сестрой уехали в Россию, а я с мужем - в Израиль.

 

Я регулярно навещала близких и с грустью видела, как старятся родители.  В 68 лет у мамы появились признаки болезни Альцгеймера. Перед полным угасанием она успела взять с меня слово, что я никогда не брошу сестру.

 

Наш папа преданно ухаживал и за мамой, и за Кариной. В 2012 году я приехала к ним, и прямо на моих руках папа умер. А через два месяца скончалась мама. Я не могла оставить Карину одну и привезла ее в Израиль как туристку.


"Карина, как двухлетний ребенок, страшится расставания с близкими"
"Карина, как двухлетний ребенок, страшится расставания с близкими"

- Как восприняла ваша семья приезд сестры?

 

- С пониманием. Мы с мужем выросли в семьях, где по-бакински почтительно относились к старикам и больным. В родительском доме первую тарелку супа  наливали бабушке и Карине и только потом всем остальным. Своих детей я воспитала так же.

 

Когда Карина прибыла в Израиль, мы выделили ей отдельную комнату и перестроили свою жизнь так, чтобы не оставлять ее одну. В крайнем случае нанимаем сиделку. Финансовые возможности позволяют: я работаю швеей-надомницей, муж - инженер-электротехник, сестра получает пенсию из России, около 200 долларов. Не скажу, что все так просто, как я сейчас рассказываю, но ведь это моя родная сестра!

 

"Она, как ребенок, радуется заботе"
"Она, как ребенок, радуется заботе"

  

- На каких правах живет сестра в Израиле?

 

- Она признана недееспособной. Я ее официальный опекун. Карина живет в Израиле уже четыре года. Два из них МВД продлевало ей туристическую визу, а затем отказало, и сестра оказалась человеком без статуса. Мы подали просьбу в комиссию по гуманитарным случаям. Там даже не сочли нужным пригласить нас на заседание. Не видя в глаза ни меня, ни сестры, комиссия объявила, что не видит гуманитарного повода в воссоединении семьи.

 

Наши хлопоты закончились получением приказа о депортации. Мои вопросы о том, как можно выслать недееспособного человека в страну, где у него ни близких, ни жилья, повисли в воздухе. Ответом было: в России есть приюты для умственно отсталых, она может жить там.

 

- А действительно, почему ваша сестра не может жить в подобном учреждении?

 

- Карина была у моих родителей первенцем. То, что она отстает в развитии, они поняли не сразу. Диагноз поставили около года, и с этого времени родители посвящали все силы уходу за Кариной. Предложения сдать ее в спецучреждение они всегда гневно отвергали. Мама работала на дому, это позволяло ей быть рядом с Кариной. Потом родилась я, и в мои обязанности тоже входило помогать ей и защищать.

 

Сестра никогда не бывала в приютах. Всю свою жизнь она провела рядом с любящими людьми. Родители до последнего вздоха заботились о ней. Они взяли с меня слово, что я тоже не сдам ее на унижения и смерть в чужих стенах.

 

"Родители взяли с меня слово, что я не сдам сестру в чужие руки"
"Родители взяли с меня слово, что я не сдам сестру в чужие руки"

По просьбе семьи делом Карины занялся адвокат Хаим Франк.

 

- Мы представили в МВД заключение психиатрической экспертизы, которое доказывает, что расставание с сестрой нанесет инвалиду тяжкий душевный и физический ущерб, - рассказал Хаим Франк "Вестям". - Мы также разъяснили, что условия содержания в российских психогериатрических учреждениях соответствуют нормам XIX века, и направлять туда сестру израильтянки не очень-то гуманно.

 

Но и это не самое главное, - продолжает адвокат. - Главное в том, что семья Марины не просит для сестры гражданства. Она не просит

ни социальных пособий, ни медстраховки. А только разрешения находиться в Израиле и жить в родной семье. Мы дважды обращались в межминистерскую комиссию по гуманитарным случаям и оба раза получили ответ, что комиссия не увидела тут "гуманитарной проблемы". Ну знаете! Если этот случай не гуманитарный, то я не знаю, что МВД вообще понимает под словом "гуманность".

 

На запрос "Вестей" Управление регистрации населения и иммиграции при МВД Израиля ответило:

 

"Межминистерская комиссия по гуманитарным вопросам дважды проверила дело Карины Аракеловой и не нашла особых гуманитарных поводов, оправдывающих предоставление ей статуса на проживание по гуманитарным причинам".

 

  Вернуться на главную страницу

 

 

 

 

 

При участии Виктории Виноградовой