"Ха-Поэль": болото в багровых тонах
Комментарий спортивного обозревателя "Вестей" по поводу громкого банкротства тель-авивского клуба
Вся минувшая неделя на нашем футбольном болоте была окрашена в багровые тона по случаю очередного банкротства самого красного из "Ха-Поэлей", тель-авивского. Ненадолго отвлеклись на провинциальные радости в еврокубках, но поскольку Негев - не Тель-Авив, успехам Беэр-Шевы радовались только местные болельщики и газеты. А вся остальная пишуще-вещающая братия по уши погрузилась в багровую трясину, негромко булькая и выдувая пузыри.
Во-первых, она почти поголовно болеет за "красную" команду (кадровый отбор в наших спортивных СМИ годами осуществлялся по этому политико-племенному принципу), во-вторых, околоспортивная "бранджа" уже давно осознала, что с ней играют в закрытую, цинично используя детскую любовь к красным майкам и белым трусам. А уж нам и вовсе не стоит погружаться во все эти цифры (липовые) и документы (фальшивые), прислушиваться к выкрикам "Я разорен!" (популярный рингтон) и шепоткам в коридорах (столь же лживым).
Единственное, что стоит сделать, - это объяснить, почему все это буря в стакане ржавой воды. Дело в том, что тель-авивский "Ха-Поэль" - это самое непрозрачное предприятие в Израиле. Неизвестно, кому оно на самом деле принадлежит, кто им в действительности управляет, сколько и откуда поступает денег и сколько и кому оттуда утекает. Нынешний якобы еще хозяин Амир Кабири, два года назад войдя в свой офис, что-то такое произнес о людях, никакого отношения не имеющих к клубу, но годами получающих здесь зарплаты, но на него так цыкнули, что он перестал ворчать и потом отрицал, что говорил что-то о "мертвых душах". Кто может цыкнуть на хозяина клуба, только что купившего его за свои кровные?
Ну, во-первых, не родился еще в Израиле такой дурак, который стал бы приобретать убыточное предприятие за собственные деньги. Прецедент Аркадия Гайдамака тут некорректен: то, как он швырялся деньгами в первые три года в "Бейтаре" и то, как и какие бизнес-проекты проворачивал помимо футбола, только укрепляют давние подозрения в том, что все деньги были чьи-то чужие, кому точно не придется отдавать. Как раз свои собственные деньги Аркадий Александрович считать умеет, что не раз и не два доказал до и после "Бейтара".
Владельцы израильских клубов обожают через прикормленных репортеров рассказывать трогательные истории о том, как вынули пачку шекелей из кармана и принялись латать бюджетные прорехи подведомственного спортивного предприятия. И все врут! Никто и никогда свои кровные в израильский футбол не вкладывал. Все это ссуды разнообразного происхождения, которые в крайнем случае списывают "добрые" банки. Есть тут свои рекордсмены вроде Эли Табиба, который даже ссуд не берет, а ухитряется приобретать дорогие игрушки по бартеру, то есть меняя клубные акции на контракты игроков по номинальной стоимости, на векселя "третьей руки", опционы и прочие виртуальные активы. Зато когда приходит время сбыть с рук обескровленный клуб и скрыться с добычей, этот бизнесмен торгуется и судится о миллионах "живых" денег. Ибо клубные прибыли регулярно уходят в карманы их владельцев. И в этом их интерес, а не в мифической ностальгии.
А прибыли это большие: от щедрот одного только ТОТО, плюс дележка телевизионных денег, плюс спонсорские и рекламные, у среднего клуба Высшей лиги набегает миллионов 30 в год. Так как футболистам платят немного, большая часть остается тому, кто числится главным акционером. И все наши Яаковы Шахары, Изи Щарацки и бесчисленные Лузоны на футболе неплохо зарабатывают.
А уж если кто-то использует футбольный клуб как маленькую прачечную по отмыванию серых капиталов, то тут вообще никакой учет-контроль не работает. Именно в этом феномен тель-авивского "Ха-Поэля".
После того как в 1992 году Амир Перец и поддерживавший его на выборах в Гистадруте восходящая звезда правящей партии Авода Хаим Рамон начали избавлять профсоюзного монстра от его главных активов, пуская их в приватизацию, "Ха-Поэль" был выставлен на торги. Сразу несколько групп видных тель-авивских жуликов и махеров изготовились к хапку (об этом мы узнали из дальнейших судебных тяжб между партнерами). Но не тут-то было. Футбольный флагман социалистического сионизма никому из них не достался. А кому достался, неизвестно. Тендер был отменен, и с тех пор неизвестно, кто является истинным хозяином (хозяевами) "Ха-Поэля" и кто им на самом деле управляет. Над водой торчали самые разные головы официальных управителей - от комического трио Оренштейн - Теумим - Агив до самого Хаима Рамона. Но никто из них ни шекеля не вложил в клуб. По идее, бюджетный комитет Израильской футбольной ассоциации обязан открывать имена поручителей (тех, кто перед каждым сезоном вкладывает гарантийные письма и чеки на счет федерации в размере объявленного бюджета на зарплаты). Но он этого не делает.
"Ха-Поэлю" всегда было можно больше, чем другим. Потому что он, как когда-то "Бейтар", был и остается партийным клубом. И наверняка неспроста ходили упорные слухи, что через "красный" клуб прокачиваются предвыборные бюджеты Аводы и отбеливаются незаконные пожертвования желающих остаться безымянными спонсоров партии социалистов-капиталистов.
Сейчас известно, что принципиальные решения принимаются внутри загадочной амуты "Адумим", состоящей из видных, но не слишком заметных деятелей серого рынка. И все слова и поступки Амира Кабири - в рамках напряженного диалога с ними.
Если "Ха-Поэль" обанкротят, ничего страшного не случится. С команды снимут 9 очков, и она, скорее всего, вылетит из элиты. Ничего, оклемается в лиге Леумит и вернется преображенной.
