Telegram-канал Вести Израиль
ועידת ידיעות אחרונות ו  - ynet  בנייני האומה ירושלים 2021
Нахум Барнеа
Фото: Алекс Коломойский
Вакцина от коронавируса

Перестать бояться и запугивать: о "русском факторе" и других ошибках в борьбе с коронавирусом

Ведущий обозреватель считает, что политики в Израиле ничему не научились за полтора года кризиса

Нахум Барнеа |
Опубликовано: 09.08.21, 11:30
1 צפייה בגלריה
חיסון קורונה בירושלים
חיסון קורונה בירושלים
Вакцина от коронавируса
(Фото: AFP)
Начнем с очевидного: автор этих строк – не врач, не сотрудник минздрава и не получает денег на исследования от фармакологических компаний. Автор также не входит ни в одну из сект антипрививочников. Наоборот: когда в страну привезли вакцину, он сидел ночью возле компьютера, чтобы назначить очереди на первую и вторую дозы.
Как только появилась возможность вакцинироваться в третий раз, автор побежал в больничную кассу быстрее некоторых олимпийских спринтеров. Медсестра Ирина из больничной кассы "Клалит" не даст соврать: я получил прививку в числе первых - с улыбкой и благодарностью.
В качестве журналиста я наблюдаю за коронакризисом уже полтора года. Но со временем у меня возникает все больше вопросов. Только вчера (8 августа), к примеру, на заседании кабинета коронавируса министр внутренней безопасности Омер Бар-Лев заявил, что если не объявить карантин, то через три недели работа больниц будет парализована из-за большого числа тяжелобольных. Министр образования Ифат Шаша-Битон, которая пыталась поспорить, получила нагоняй от министра экологии Тамар Зандберг: это, мол, не он (Бар-Лев), это наука.
Что же, давайте разбираться. В феврале 2020 года, когда в Израиле выявили первые случаи заражения, руководители минздрава утверждали, что в стране имеются 1200 больничных коек. Через полтора года, в августе 2021-го, - те же 1200 коек. И никто не задается вопросом, почему за это время не было добавлено ни одной дополнительной койки.
Во время первой волны коронавируса все были обеспокоены тем, что на всех тяжелобольных не хватит аппаратов искусственной вентиляции легких (ИВЛ). Мосад за бешеные деньги скупал подозрительные аппараты, где только возможно, а специальный отдел, созданный под эгидой военной разведки (АМАН), занялся (и весьма успешно) организацией производства ИВЛ в Израиле из подручных материалов. И что? Все эти аппараты пылятся сейчас на складах.
Параллельно врачи поняли, что использование ИВЛ может и навредить пациентам. Рост числа тяжелобольных должен внушать опасения, но нельзя забывать, что только малая часть таких пациентов подключена к ИВЛ. Может быть, настало время сделать ревизию на складах?
И самое главное: на каком основании нам угрожают крушением больниц? Медицинские учреждения не рухнули даже тогда, когда принимали тысячи раненых, в том числе и находившихся в критическом состоянии, во время израильских войн. Больницы не рухнули и в 1990-х годах, когда в Израиль приехало более миллиона новых репатриантов из стран бывшего СССР, многие из которых репатриировались в преклонном возрасте. Не исключено, что при большом наплыве больных качество ухода ухудшится. Говорят, что в отделениях коронавируса это уже произошло. И это нехорошо. Но конец ли это света? Я не уверен.
Кабинет коронавируса собирается в последние недели чуть ли не ежедневно, и его работа освещается в прессе самым драматическим образом. Но правда заключается в том, что решения в конечном итоге принимает один человек - глава правительства Нафтали Беннет после консультаций со специалистами минздрава и другими официальными лицами.
Право последнего слова получает Беннет не потому, что он является специалистом в эпидемиологии, а потому, что он премьер. Дискуссии в кабинете – это дымовая завеса, фасад, напрасное сотрясение воздуха. У министра Бар-Лева есть немало работы по лечению полиции от ее застарелых хворей, пусть занимается своим делом. У Шаши-Битон тоже забот невпроворот перед началом нового учебного года. Она уже не возглавляет комиссию коронавируса в кнессете.
Миллион и сто тысяч непривитых граждан относятся к четко выраженным группам: молодежь, арабы, репатрианты из России и Эфиопии первого поколения. К огромному сожалению, большинство из них не смотрят телевизионные каналы на иврите и не читают газеты.
Интересно, почему основные усилия по разъяснительной работе брошены именно на СМИ, которые читают и смотрят граждане, привитые двумя или тремя дозами, соблюдающие дистанцию и носящие маски? Ответ, думаю, прост: именно эти средства массовой информации потребляют люди, которые формируют политику правительства.
А теперь следите за руками: политики слушают Керен Марциано (комментатора телеканала "12Кешет") – и пугаются. И даже не от содержания ее речей: Марциано – отличный журналист, она достойна любых похвал. Но ее тон – однозначный, требующий, пугающий, отчитывающий. Политиков это убеждает в одном: если они не запугают своих избирателей как следует, им это аукнется в следующем опросе общественного мнения.
Популярное предположение в политической среде говорит о том, что Беннет понимает: нет необходимости в новом локдауне. Экономические последствия этого шага ужасны, а польза – совершенно незначительна. Поэтому вся эта кампания по запугиванию населения имеет одну цель: немного улучшить статистику, но не подготовить почву для непопулярного решения.
Верно ли это? Не знаю. Но мне кажется, что Беннет поступит правильно, если воспользуется рекомендацией профессора Идит Матот. "Нужно перестать бояться и запугивать, - написала она. – Карантин уже не является выходом, нужно сменить пластинку, научиться жить с коронавирусом, поддерживать систему здравоохранения и позволить местным советам вплотную заняться борьбой с эпидемией".
Автор - ведущий обозреватель газеты "Едиот ахронот"
Полный текст на иврите - здесь
0 - обсуждения статьи