Меню
Ольга Бакушинская

Завтра аристократа

Несколько лет назад в Москве я шла по "придворному" скверу. Там копались рабочие, которых в Москве зовут "лицо азиатской национальности". Кустики высаживали. И вот один со мной вдруг поздоровался и извинился, что дорожка землей присыпана. Мол, уберу я, это временно. И мы стали разговаривать. Приехал он из Душанбе, семья там осталась. Вдруг он:

 

- Вы знаете – я кандидат биологических наук. В университете преподавал. Я понимаю, что мы для вас все на одно лицо.

 

Нет, конечно. Хотя – да. В Москве я была привилегированной белой женщиной, саброй в неизвестно каком поколении. У меня даже ни разу документы в метро не проверили – у российских полицейских какое-то особенное чутье и глаз-алмаз. Я не то, чтобы не видела в сквере людей, но все же каких-то других. Диких, низменных, неуспешных - и потому приехавших меня обслуживать. Потому что я обладаю гораздо лучшими компетенциями. Равенства ведь не существует, правда?

 

Вы понимаете, к чему я клоню? К тому, что Израиль меня очень многому научил насчет моих компетенций и привилегированности. Вот вчера мне, например, из банка позвонили и быстро говорили, я общий смысл поняла, а детали нет. Я отвечаю:

 

- Вы извините, но это важно понять точно, а я точно не поняла. Нет ли рядом кого-то, кто говорит по-русски?

 

И он мне так высокомерно отвечает:

 

- Не-ет. Нет у нас здесь таких. Понимайте сами.

 

И вот тут, конечно, самое время объяснить, что ты не хухры-мухры, Сартра, что ли, процитировать. Стоп. Тот кандидат биологических наук был довольно молодым, русский в школе не учил и тоже не слишком хорошо изъяснялся, но лучше, чем я пока на иврите.

 

Это очень полезный душевный опыт - оказаться "таджиком в Москве". Он в некоторым смысле делает из белой женщины человека. Я не буду говорить, что это приятный опыт, но он еще опыт смирения с тем, что тебе неприятно.

 

Мне ватики рассказывали формулу "тахзери ле-Русия" (возвращайся в Россию), и вот, представляете, я заблудилась и искала номер на улице, и металась по этой улице, а на ней сидел мужик на стуле. Судя по району, немного он достиг в этой жизни, но тоже был привилегированным. Поэтому, услышав мой кошмарный акцент, сказал сакральное:

 

- Тахзери ле-Русия!

 

И тут, знаете, я почувствовала себя истинным космополитом в хорошем смысле слова. Гостем на этом свете. Я и раньше что-то такое слышала, что мы временные гости, но совершенно не доходило. А в этой фразе все о сущем и его тщете.

 

Человеку необходимо чувствовать себя аристократом. Выше уровнем, чем другие гости. Вот представьте себе, я еще и гой, а русские таджи… евреи тоже хотят иметь фору. Далее все цитаты из соцсетей: "С гоями нельзя садиться за один стол и иметь с ними никаких дел". "О чем можно с ним говорить - вы знаете, что он женился на гойке?" И, наконец, совершеннейший бриллиант: "Я понял, почему я хотел приехать в Израиль. Я хотел быть господствующей нацией, и я удовлетворен". - "А эти? Этим подъезды мыть при хорошем поведении".

 

Искать, в чем ты лучше, как мне теперь кажется, это рабство. А я теперь свободный пожизненный некоренной. Знаете, помогает.

 

Хотя недавно встретила свою соученицу по ульпану гимель, она продолжает немного вечером ходить к нашему знаменитому на севере учителю. Суровому и, как мне всегда казалось, посматривающему на этих русских высокомерно. Что он обо мне знает? Знает несколько докладов с ошибками, которые я ему сделала о своей жизни и о книгах. На иврите трехлетки. Моя соученица ему сказала, что я работаю на русском телевидении. И тут он весь расцвел, этот урожденный тель-авивский мальчик, ашкеназ и сноб. Расцвел и вскричал:

 

- У нее получилось! Аплодисменты!

 

Мне кажется, он хороший путешественник по этому свету. Усвоил уроки.

 

В Израиле все либо война, либо политика, либо и то и другое. Еще есть религия, но это настолько тонкая тема, что стоит остальных двух. Но привилегированное в Израиле вовсе не это, а то, к чему старенькие давно привыкли. Привилегированная в Израиле весна, это я вам скажу как человек, которому это третий раз диво. Третий раз, но комок к горлу все равно подступает. Когда вижу бело-розовые холмы Галилеи.

 

Бело-розовые холмы Галилеи, и это небо над Иерусалимом, и красный закат в море, и они нам ясно дают понять все о нашем пафосе и ненависти, и радости, что кому-то хуже. Кажется, я тоже начинаю понимать.

 

Другие статьи автора в блоге "Вестей"

 

Открытое письмо Ольге Бакушинской на иврите и русском от переводчика Григория Рейхмана

 

Чем отличается "старая" алия от новой? Эксперт в студии Вести-ynet объясняет

 

 

 новый комментарий
Смотри все комментарии "Завтра аристократа"
Предостережение
Стереть ваш текущий комментарий